Мой худший друг

Кажется, дошла до ручки, потому что определяю по шагам.

Медленно поворачиваю голову, мгновенно сталкиваясь с Азариным взглядами.

Приходится приложить усилие, чтобы выглядеть обычно.

«Обычно» – это без бегающих глаз, красных щек и свалившегося на голову смущения. Нет, бесспорно, оно есть. Но выдавать свою нервозность я не хочу.

Делаю шажок и поворачиваюсь к Тиму лицом.

Он вдавливает кнопку «Горячий шоколад». Смотрит. Нет, пялится. Во все глаза.

Неуклюже вытаскиваю из стаканчика деревянную палочку, чтобы выбросить в урну, пачкаю пальцы в кофейной пене.

Азарин это замечает. Протягивает салфетку.

– Спасибо, – поджимаю губы и наконец выбрасываю мешатель в урну.

Вот сейчас, сейчас нужно сказать.

Выдыхаю.

– Я … я, в общем, хотела извиниться. – Чувствую, как краснею. От макушки до пяток гореть начинаю. – Извиниться за то, что тебе не поверила.

– Теперь, – делает паузу, не стесняясь пялиться на мои голые ноги в шортах, – то есть веришь? – Снова медлит. И смотрит. Оценивающе. – Что изменилось?

У меня от его бессовестных взглядов скрипит на зубах.

– Какая разница? – выдыхаю со словами всю свою нервозность и примешавшуюся к ней злость. – Просто верю.

– Ладно, – Тим кивает Теперь неотрывно смотрит в глаза.

А я… я, к сожалению, ведусь на эту удочку. Ресницы вздрагивают.

Ток. Разряд. Невосстановившееся сердцебиение.

Опять это чувство. Оно поглощает. Лютая беспомощность завладевает каждой мышцей. Каждым органом. Даже кровь стынет.

Горячий стаканчик покалывает ладонь. Опускаю руку, придерживая горловину кончиками пальцев. Пить кофе уже не хочется.

Хочется сбежать.

Это мысль выстреливает так же неожиданно, как и все дальнейшие действия Тима.

Он вырывает стакан из моей руки и кидает в урну вслед за своим.

Вижу, как капли кофе падают на идеально вымытый пол, в котором при желании можно рассмотреть свое отражение. Несколько светло-коричневых пятен. Моргаю. Вскидываю голову.

Вспышка и снова тишина. Оглушающая, действующая на нервы. Вдох-выдох, а потом вереница бессмысленных и беспощадных действий.

Делаю шаг в сторону, но это уже ничего не меняет. Тим толкает меня назад. Сердце убыстряет ритм. Врезаюсь в стену. Не больно, можно сказать, даже не ощутимо. Хотя, возможно, что сейчас все мои нервные окончания просто атрофировались.

Он упирается ладонями в прохладную поверхность по обе стороны от моей головы.

Смотрит.

– Зачем ты снова все портишь?

– Нет.

Звучит самоуверенно и непонятно. Хочется его встряхнуть. Что «нет»? Что за «нет»?!

– Я же вчера тебе все сказал. Ты плохо слушала? – переплетает наши пальцы, и я не могу ничего с собой поделать. Бросаю взгляд на эту картинку. – За извинения спасибо. Принимаются, – добавляет чуть тише.

Его ладонь уже на моей щеке.