Хрупкая связь

Потому что только полный идиот пришёл бы в гости к бывшей девушке, чтобы увидеть, какой другой она стала: женой, хозяйкой, мамой…

И только круглая дура могла бы согласиться стилизовать образ будущей невесты своего бывшего парня.

— Кто угостит меня шоколадным яйцом? — громко спрашивает Влад, влив новоприбывших в общую массу приглашённых. Он оглядывает детей, словно злодей из мультфильма, и хищно потирает руки. — Кто отдаст добровольно, а то я сам отберу!?

Дети визжат и разбегаются в разные стороны, крепко прижимая свои угощения. Я отвлекаюсь и смеюсь, потому что даже Амелия срывается с места и начинает суматошно бегать по дому. Я помогаю ей спрятаться за диваном, а сына Нины спасаю из лап Влада, когда тот пытается схватить его за кофту.

Идея развеселить малышню оборачивается диким восторгом, заложенными ушами и нескончаемым азартом, который они тут же направляют на новые игры.

Правда, Ами отказывается, когда одна из девочек её возраста приглашает присоединиться. Посадив Барри в кресло, дочь начинает читать ему книгу. Я уже научилась понимать, когда лучше не настаивать на её участии в коллективе, а когда настроение для этого благоприятное. Но, по крайней мере, занятость Амелии хотя бы на время позволяет мне переключиться на другие дела.

— Привет, Аль, — перехватывает меня Сабина, когда я направляюсь на кухню. — Я могу тебе чем-нибудь помочь?

Почти половина мужчин выходит на задний двор: кто покурить, кто заняться мясом. Аслана поблизости нет, но я всё равно в стрессе. В таком жутком стрессе, что не сразу нахожу в себе силы открыть рот и ответить.

— Да, была бы благодарна. Нужно вынести закуски.

Каждый шаг даётся с трудом — как и улыбка, и шаблонные фразы, и видимость организованности. Удивительно, что я до сих пор не перебила всю посуду, пока накрываю на стол и опустошаю холодильник.

Сабина не отходит от меня ни на секунду. Она хвалит уютный дом, приветливого Влада, говорит, какая замечательная Амелия. И вдруг добавляет:

— Она… выделяется. Такая скромница.

Я понимаю, о чём она, когда дочь, находясь в своих мыслях, направляется к длинному дивану в гостиной, где сидит Аслан, и садится на противоположный край.

Всё происходит как во сне. Самом-самом кошмарном сне!

Сердце бешено колотится, воздуха не хватает. Я понимаю, что они оба устали от шума и компании. Если Амелию ещё можно понять — у неё просто не было другого выхода, — то Аслана понять сложно.

У него был выбор остаться дома.

У него была возможность не ехать в этот улей с кучей детей и взрослых, потому что эта среда — явно не его. Сомневаюсь, что Тахаев настолько отчаянно хочет продать Владу уникальный проект, чтобы подвергать свою психику дискомфорту.

— Я тоже мечтаю о девочке, — добивает мои мысли Сабина. — У меня три старших брата.