Хронос и Деймос (СИ)

– Только ни один из них не будет… им. Гарри.

- Поговорим после ритуала, - Люциус поднялся и подал руку Нарциссе. – Не разочаровывай меня еще больше, сын. Нам и так едва удалось избежать позора. Это не говоря уже о том, что за насильственные манипуляции с магией второго лица государства положен Поцелуй дементора. Я рассчитываю завтра увидеть тебя выспавшимся и крепко держащим себя в руках. Будь Малфоем, а не влюбленной в героя хаффлпафкой.

Супруги удалились, а Драко повторил слова отца.

- Будь Малфоем. Легко тебе говорить, у тебя Альваро есть. Хорошо, что он сейчас в отъезде и понятия не имеет о том, как я влип. Он один понимал меня, пока я не подлил Гарри зелье. Я чуть семью родителей не разрушил. Нет, отец, больше я вас подвести не могу.

Он вытащил из кармана и бросил в камин свою реликвию, с которой очень долго не расставался – тонкий кожаный шнурок с подвеской в виде рычащего льва, обнаруженный им на постели после ухода Гарри. В их первую и последнюю ночь. Не стоило тянуть в новую семью старые грехи.

Глава 79

В ритуальном зале Блэк-холла ярко горели свечи. Обнаженный Драко лежал на алтаре, как предназначенный для заклания агнец, а Блэки стояли вокруг него, как мрачные жрецы кровавого культа. Гарри, одетый в ритуальную черную рубаху, расшитую зелеными и красными нитями, Антарес и Люсия в темно-синих туниках с алой вышивкой стояли по разные стороны алтаря. Один - отдавая и двое - принимая.

Низкий голос хозяина Блэк-холла гулко раздавался в мрачной, торжественной тишине, выговаривая заковыристые слова древнего языка, наполняя силой большую многолучевую звезду. Антарес и Люсия только подтверждали свое согласие.

Белое красивое тело Драко мучительно выгибалось на черном камне, в глубине которого то и дело вспыхивали и гасли алые искры. Гарри отпускал его, отдавая в качестве приданого изрядную часть своей магии. Антарес и Люсия взялись за руки, скручивая свою силу в тугую спираль, перекидывая ее Гарри, перехватывая тот яркий красно-зеленый ком, что светился вокруг их будущего мужа, латая им образовавшуюся брешь. Сила Поттер-Блэка была горячей, нестерпимо-яркой и тяжелой, как он сам. Толика от Поттеров, а остальное – темная магия древнейшего в Британии рода.

Взамен они отдавали пламя испанской ветви, согретой южным солнцем, взращенной на свободе, без столетия упадка и разорения, без выжигания с семейного древа и смертей наследников. Сила семьи, которой никогда не было у сироты Гарри, вливалась в него душными, выбивающими дыхание толчками."

"В глазах потемнело, и тело вдруг стало неощутимым, легким и будто прозрачным. Не успев испугаться, Гарри-Деймос поднялся над землей, устремился в серебряные сферы, влекомый неумолимой силой.