Хроника гнусных времен

Как просто! А он не мог сообразить такой простой вещи!

Почему он не купил Насте мобильный телефон?! Он позвонил бы и сказал ей, что наконец-то он все понял.

Нет, нужно успокоиться.

Все вдруг стало на свои места, и ему было странно, что он не смог разглядеть этого с самого начала.

Он сунул тетрадочку в задний карман брюк и еще полез в нижнее отделение книжного шкафа за альбомами с фотографиями. Он просмотрел их один за другим, и они, как миленькие, подтвердили то, о чем он подозревал и никак не мог окончательно увериться.

Кирилл посидел на полу, среди разбросанных бумаг, поднялся и пошел к себе, прихватив один из альбомов.

Половицы поскрипывали, дом вздыхал, и Кирилл теперь точно знал, о чем он вздыхает.

– Так, – сказал Кирилл, – будем объясняться в соответствии с классикой жанра."

"Семья сидела на террасе, на столе сверкали синие чашки, и новый чайник, купленный Ниной Павловной в городе, был водружен в самый центр. Кирилл посмотрел на них, таких серьезных и печальных, и ему стало не по себе. Он никогда не делал ничего похожего на то, что собирался сделать сейчас.

Он даже стал так, чтобы быть далеко от Насти, чтобы она не мешала ему, и переложил лежавшую перед ним на столе газету “Коммерсант”.

– Муся, наливайте чай, – скомандовал он.

– Хватит тянуть, Кирилл, – сказала Нина Павловна устало, – у нас и так очень тяжелый день. С Сережкой непонятно что, надо ждать результатов, мы совсем измучились!..

– А ты еще сказал, что мама не сама умерла, а что ее… – добавил Дмитрий Павлович. – Это как понимать?

– Да, – Кирилл посмотрел на него, – ее убили. Только сначала я должен рассказать про другое. Так сказать, по пути.

– Господи, кто это у нас там? – вдруг удивилась Юлия Витальевна, и все как по команде повернулись и посмотрели в сад. Света вытянула шею, забыв про то, что собиралась прикурить сигарету, и Владик приподнялся со стула.

По газону бежала огромная черная собачища. Бежала не торопясь, бесшумно и как-то по-хозяйски.

– Пошел вон! – крикнула Нина Павловна. – Чей это такой?

Что-то звонко упало на пол, упало и разбилось, и все снова оглянулись.

– Оставь, Соня, – сказал Кирилл, – наплевать. Потом уберем.

Соня торопливо складывала один в другой осколки синей чашки, и руки у нее тряслись.

– Здрасти, – раздалось с крыльца, – я пришел. Может, все-таки подмогнуть надо?

– Нет, – сказал Кирилл, – помогать не надо. Это хорошо, что ты пришел. Садись.

– Кто это? – спросила Нина Павловна и посмотрела на Кирилла.

– Меня Гришей зовут. Я пришел… к Соне. Владик вдруг проворно вскочил с кресла, опрокинул его на Гришу и суетливо побежал. Кирилл поймал его за шиворот, и он взвизгнул.

– Стоп. Никто никуда не бежит. Сядь.