История Гиены. Хроника подлинного расследования. Книга 2

В общем-то, целый набор поведенческих стереотипов указывал на то, что преступник являлся именно насильником из восточного Сакраменто и никем иным. Использование традиционных для него аксессуаров, вроде обувных шнурков, фонарика, пистолета калибра.357, ножа, лыжной шапочки, перчаток и т.д., а также общий алгоритм действий (очередность связывания, произносимые фразы и т.п.) веско свидетельствовали о личности преступника. Однако в описании преступника присутствовали элементы, заставлявшие усомниться в справедливости идентификации. Прежде всего, и Говард, и Даниелла сообщали о человеке ростом 183 см. или выше и весом от 80 кг., что, согласитесь, мало похоже на классическое описание Гиены, имевшего рост около 175 см. и вес 70 кг или чуть более. Потерпевшие сообщили, что преступник выглядел плотным и отнюдь не казался худым, хотя подчеркнули, что живот его не свисал на ремень. Другими словами, он был плотным, но не толстым. И противоречие это являлось отнюдь не единственным. Насильник из восточного Сакраменто в подавляющем большинстве приписываемых ему нападений не оскорблял жертвы и игнорировал мужчин, фактически, он обездвиживал мужчин только для того, чтобы обезопасить себя. В данном же случае имелось явно выраженное оскорбление мужчины (сообщение ему о том, что его жена сейчас будет изнасилована) и неоднократные унижения женщины. Подобное поведение мало соответствовало «классическому», или скажем иначе — традиционному — поведению Гиены.

После тщательных раздельных допросов потерпевших и изучения места преступления, сотрудники Группы «Западня» пришли к выводу, что нападение в ночь на 5 июня совершено, всё-таки, Гиеной. Однако это признание неумолимо подталкивало к следующему выводу, уже озвученному ранее, но всё ещё пребывавшему в форме малодостоверной версии: преступников двое, они каким-то образом кооперируются и умышленно действуют в очень схожей манере. Иногда они действуют поодиночке, иногда — вместе, и тогда тот преступник, что массивнее и крепче, принимает на себя роль тяжелой артиллерии в засаде, словно страхуя от ошибок худощавого.

Чтобы не путаться далее в этих ипостасях, давайте договоримся называть низкорослого и худощавого «Гиеной №1», а того, что крупнее и злее — «Гиеной №2». Автор считает необходимым сразу подчеркнуть, что деление это произвольно и придумано им самим, в американских первоисточниках его не существует. Американцы очевидное различие нападающих не то, чтобы явно игнорируют, а попросту не делают на нём акцента. Разницу в росте они списывают на субъективность оценок потерпевших, якобы неспособных оценить рост преступника объективно, а странные аномалии размера пениса насильника попросту выносят за скобки.