Хризантема с шипами

Кто его спутники?

Я чувствовала, как горло сжимает холодная рука. Если те двое, что заявились с главой тайной канцелярии, доктора, то дело плохо. В Эрилии каждый знал, что достаточно заключения двух врачей, чтобы человека признали безумным и поместили в лечебницу.

– Те же, что уже были здесь раньше, – ответил дух, и я смогла сделать вдох.

– Хорошо. Я иду вниз.

Я и правда, не задерживаясь, выскочила из спальни, слетела по лестнице и добежала до кабинета. И только перед дверью остановилась на минуту, перевела сбившееся дыхание и вошла в комнату.

Внутри атмосфера накалилась так, что я буквально кожей ощутила сгустившееся напряжение. Редклиф стоял у стола, сложив руки за спиной и высоко вскинув голову – гордый, невозмутимый, и такой красивый, что у меня сердце дрогнуло. Трое мужчин выстроились напротив него, словно вражеская армия. И все равно выглядели жалкими и мелкими по сравнению с моим мужем. Их с графом разделял только стол, напоминающий поле будущей битвы.

Я перевела взгляд с Блэка на Альберта, а потом с недоумением уставилась на Алана. Этот-то что здесь делает?

– Леди Бенси.

Блэк посмотрел на меня из-под полуопущенных век. Альберт отвел глаза, и его щека дернулась, а вот Алан криво усмехнулся и взглянул так многозначительно, что у меня в душе все сжалось. С чем пришли эти трое? Что их объединило? Жажда мести? Если судить по Алану и Берти, то да. А Блэк?

– Светлого утра, господа. Простите, что прерываю вашу беседу, но мне нужно срочно поговорить с мужем.

Я должна была вытащить Редклифа из этого осиного гнезда. Я видела, что он не воспринимает происходящее всерьез, но он не знал моего бывшего мужа. То, что у Берти дергалась щека, было плохим признаком. Очень плохим.

– Увы, миледи, боюсь, вам придется отложить этот разговор на другое время, – с притворным сожалением произнес Блэк.

– Что-то случилось?

Я продолжала делать вид, что ничего не понимаю, и старалась не реагировать на взгляд Редклифа, безмолвно приказывающий мне уйти.

– Пока ничего, миледи.

Любезность Блэка выглядела настоящим издевательством.

– Эти господа собираются уверить меня, что я сошел с ума, – усмехнувшись, объяснил мне Редклиф, и в его глазах блеснуло холодное синее пламя.

– О чем ты, дорогой? Это шутка?

Я смотрела на мужа, изо всех сил пытаясь сдержать рвущиеся с языка слова. Ах, как же мне хотелось высказать этим троим все, что я о них думаю! Но я понимала, что мой порыв ничего не даст, и лихорадочно искала выход. Как заставить их уйти и оставить Редклифа в покое? В чем истинная причина их интереса к моему мужу? Чего они добиваются?

– Боюсь, миледи, нам не до шуток, – строго сказал Блэк.

– Но ведь это глупость какая-то! – Я беззаботно улыбнулась дознавателю.