Хранительница его сокровищ

Она так восторженно на него глазела, что была рада без памяти, когда он подошёл и просто заговорил с ней. Её звали Баттистина, она стирала и гладила бельё для местных служек — когда руками, а когда при помощи своей слабенькой магии. Они начали с того, что он попросил нагреть воды — помыться после тренировки. Конечно, далее нужно было потереть спинку, размять плечи… ну и всё остальное тоже. Девушка была в восторге, у неё никогда не было в любовниках такого сильного мага, и от их взаимодействия, кажется, её слабым силам была даже какая-то польза. В общем, с какой стороны не посмотри — всё хорошо.

Плохой насквозь была идея предстоящего предприятия. Фалько это чуял тем самым местом, каким положено."

"Он всегда полагал Астальдо человеком умным и расчётливым, не из тех, кто гоняется за фантомами. Великий же Скипетр уже который век был излюбленным предметом народных сказаний и неприличных выражений, вроде «флаг тебе в руки и Великий Скипетр тебе в задницу» — именно потому, что никто его никогда в глаза не видел и не мог с уверенностью сказать, что сокровище существует. Но Астальдо просто дышал этой уверенностью, он её излучал, и его безумие было заразно, судя ещё по одному прагматику и хитрецу — Магнусу Амброджо. На этого идеального клирика Фалько старался не смотреть лишний раз — очень уж хотелось заехать ему по синеглазой роже. И не слушал, потому что писклявый голос напоминал одну морскую птицу, заглотника, которая ничего не умеет добыть сама, даже пожрать, зато прекрасно умеет воровать у других, например — на корабле. Или улов у рыбаков. Или ужин у усталых путников на берегу. Однажды Фалько разбудила такая зараза — долбила клювом так, что он проснулся ни свет, ни заря, а открывши глаза, увидел, как эта гадина выкопала из-под мешка миску с оставшейся от ужина кашей с мясом, поставила её боком, чтоб жрать сподручней было, и клевала себе. И почти всё уже сожрала. Он, конечно, недолго думал и прямо с ходу её молнией поджарил, жаль, мясо у твари почти несъедобное — рыбой воняет, и чтобы его съесть, нужно долго морочиться. Вот таким заглотником он себе Амброджо и представлял.

Ладно Астальдо, он мог начитаться какой-нибудь забористой дряни и уверовать. Но то, что уверовал Амброджо, на правду не походило никак. И Фалько не мог сообразить, где подвох.

А самым большим подвохом выглядела в конец непонятная женщина, которую предстояло охранять комплектом к Астальдо. То есть, Астальдо сказал ему именно об этой женщине. Фалько не поверил и подумал — видимо, охрана нужна самому Астальдо, а какая-то женщина для отвода глаз. А потом он её увидел. И ничего не понял.

Смотришь — женщина как женщина. Имя обычное — Элизабетта, у него кузину так звали.