Хранительница его сокровищ

Сколько времени у тебя прошло?

— У меня — четыре декады, быстрее не справились. А чтобы не стоять над душой у наших исследователей, я пошёл в море. Там как раз очень удачно заявились толпой пираты и неверные — прошёл слушок, что у нас перемены, и они хотели лично убедиться, что перемены именно такие, как рассказывают.

— И ты их разбил, — улыбнулась Лизавета.

— Смотреть на них, что ли? Конечно. А о том, что ты где-то есть, и живая, догадалась София, она у меня умница. Посмотрела на свадебные браслеты.

— Да, я тоже смотрела на них и говорила себе, что где-то ты есть. И всё это мне не примерещилось.

— Нет, радость моя, не примерещилось. А у тебя сколько времени прошло?

— Полгода, даже чуть больше. Я вернулась в тот самый момент, в который исчезла.

— Я уже потом подумал — даже хорошо, наверное, что сволочь Марцио всё это устроил, и ты пропала вот так сразу. А если бы мы с тобой прожили долгую жизнь, а потом тебя вышвырнуло бы обратно? — смеялся он.

— Что ты с ним сделал? С Марцио?

— Он выпил ту же самую дулью. Попробовал, каково это. А его дочь я выдал замуж подальше от города, за одного из внуков герцога Вассо. Мать уехала с ней. С Катариной — ты же помнишь Катарину Дориа, это ведь она сделала для Марцио яд — мы разбирались вместе с Раньеро. Ей тоже предложили выпить дульи. А я засадил наши лучшие умы за решение задачи, мне казалось, что решение должно быть. Дамиано я заманил как раз этой задачей, он такое любит. А Астальдо я обещал должность первого придворного мага, он же хотел. Там как раз господин Карло просится в отставку. Кстати, Астальдо и госпожа Агнесса поженились, на прошлой декаде.

— Ох ты, я рада за них!

— Там, как я понимаю, оказалось, что госпожа Агнесса носит ребёнка, ну они и не стали больше ничего ждать.

— Совсем хорошо. И будет у них рыжий Лисёнок. Или Лисонька. А как его ноги и прочее?

— Ходит пока с посохом, но утверждает, что ему постепенно становится лучше. Скажи, это же твой дом? — он оглядел комнату.

В комнате, надо сказать, был беспорядок. Книги, вещи, гитара, чашка из-под кофе у компа, в углу — швейная машинка с нитками, обрезками и прочим, что осталось от шитья платья на юбилей, обертки от конфет и прочая радость, и всё присыпано кошачьей шерстью, потому что Лис, длинношерстный паразит, сбрасывает её в невероятных количествах.

— Да. Мой дворец из розового мрамора. Признаюсь честно — я обязана им тебе, — и Лизавета рассказала историю покупки квартиры.

— Я очень рад, госпожа моя, — улыбнулся он, — что смог чем-то улучшить твою жизнь даже сквозь время и пространство. И с кем ты тут живёшь?

— А вот с ними, — Лизавета кивнула на котов, вольготно разлёгшихся на куче их одежды."

"Васька пришёл в восторг от рубахи Сокола — нюхал и валялся на ней.