Хранительница души

– Присмотрись к нему, и снова подумай над моим вопросом.

– Я сегодня уплываю, – напомнила.

– Разве вы расстаетесь навсегда?

– Нет. Я… Наверное, мне пора. Спасибо за ранний ужин, – поспешно поднялась со стула.

Закинула рюкзак на плечо и махнула Бесику, чтобы он поднимался с облюбованной софы. Не хотела обсуждать свое решение.

– Береги себя, – произнесла Мария, сжав мою ладонь своими и тепло улыбнувшись.

– Спасибо вам за все, Мария.

На том и попрощались. Тайбир повел меня прочь из дворца тайными коридорами. На улице ждали кони и несколько вооруженных всадников, чтобы проводить до порта. Я брала с собой только Аниэла, памятуя о его клятве, о которой сам он не позволял забыть. Гондрик с сопровождением прибудут на корабль отдельно. Скрыв голову капюшоном походного плаща, я оседлала лошадь. Бесик вырос и не мог ехать верхом. Ему пришлось перемещаться вблизи отряда, чтобы не привлекать лишнего внимания.

В городе этим ранним вечером царила суета. Люди Драко жили своей жизнью. Общались, смеялись, куда-то шли, торговались между собой. Им не было дела до группы всадников в неприметной одежде. Почти завидовала их простой жизни. Мне такое недоступно.

***

– Ваш корабль, – маг указал мне на стоящее на якоре двухмачтовое судно с белыми парусами.

– Спасибо, Тайбир. Я так предполагаю, вы поддались.

– Слегка, – хмыкнул он, сунув руку в карман мантии, чтобы извлечь кожаный браслет с белым камнем в основании. – Вы не умеете ставить щиты, а стандартный щит в орамере слишком слаб. Этот защитит вас лучше.

– Спасибо, – приняла браслет и отложила его в рюкзак.

Кажется, я разучилась доверять. По крайней мере первой мыслью было показать браслет корабельным магам.

– Удачи вам, – сухо попрощался Тайбир.

Я спешилась и направилась по причалу к нужному кораблю. Уже ступив на трап, осознала, что не скоро мне предстоит вновь твердо стоять на ногах. А еще с каждым сделанным шагом становилось страшнее. Я начинала в полной мере осознавать, что еще полчаса и корабль снимется с якоря, чтобы унести меня из Драко, подальше от членов Совета с их кознями, но, и чтобы разлучить с родными и близкими. Что я творю? Бьюсь за самостоятельность и бешусь, когда решают за меня. А сама не спросила мнения друзей и родных.

«Ты должна принять как данность, что каждый из нас отдаст за тебя жизнь. Как и ты готова была отдать свою жизнь за нас», – вспомнились слова Дайроса.

И он прав. Уже бегом я пронеслась по трапу, запрыгнула, пошатнувшись с непривычки, на палубу. А оттуда побежала к капитанскому мостику, лавируя между членами экипажа. Взобравшись по лестнице, я остановилась от неожиданности. У деревянного штурвала стояла женщина. Длинные кудрявые волосы золотистого цвета выбились из-под алой банданы.