Хранительница души

Черные глаза смотрели холодно, остро. Лалиэн затихла, не понимая, что происходит. Радость смешивалась с недоумением. Кириан же сказал, что все погибли. Но Дайрос жив. И она ощущала брата. Кириан ошибся или… соврал?

Вскрик сорвался с губ, когда Дайрос ударил Кириана, опрокидывая его на землю. Она подскочила на ноги, но ее порыв остановили такие родные и знакомые объятия. Ривен притянул ее к груди. Сжал так сильно, что несколько кратких мгновений она не могла вздохнуть. А потом он повел ее подальше от костра.

– Куда? Что происходит, Ривен?! Я не понимаю! Почему Дайрос… – она замолкла, когда за спиной раздался глухой вскрик Кириана. – Подожди! Кириан же…

– Он предал нас, – короткий ответ брата прозвучал хлестко, словно пощечина.

Лалиэн вздрогнула, задохнувшись.

– Этого не может быть… Это ошибка, – зашептала она, пока пыталась рассмотреть ясно происходящее.

Уже то, что он соврал об их смерти вызывало подозрения. Но ведь он мог не знать, что они выжили.

– Не ошибка. Я собственными глазами видел, как он пускал в нас стрелы.

– Что с остальными? – испуганно спросила Лалиэн, не в состоянии представить описанную братом картину.

– Погибли Энтир, Вайрес и Кейрен. Остальные живы. Лекси применила магию самопожертвования, чтобы всех спасти.

Лалиэн громко ахнула. Этот вид магии был почти утерян, он хоть и спасал других, но требовал жертв. Говорят, лишь впервые произнесенное заклинание залечивает и раны заклинателя. Но как ни бились ученые-маги, не смогли добиться того, чтобы и последующие прочтения вызывали регенерацию. Александра не могла знать слова заклинания. Значит ей их подсказал Безликий.

– Как она? – Лалиэн вздрогнула, когда за спиной раздался новый вскрик Кириана.

– Не знаем. Она была без сознания, когда мы отправились за тобой.

Кириан глухо зашипел, и Лалиэн больше не выдержала, развернулась и рванула к лагерю. Она ожидала застать сцену избиения. Но ошиблась. Дайрос вздернул Кириана на колени, как только завершил связывание его рук за спиной. У костра Лалиэн заметила незнакомых воинов с выбитым на доспехах гербом Драко. Но их увел незнакомый молодой маг, создав вокруг лагеря полог тишины.

Кириан выпрямился, рыча сквозь стиснутые зубы. Из уголка разбитой губы текла кровь, а на скуле назревала гематома. Но синие глаза потухли, когда он взглянул на Лалиэн.

– Это правда? – спросила Лалиэн. – Ты предал нас?

Лалиэн понимала, что брат не будет врать. Но сердце ныло, его разрывало болью предательства. И так хотелось верить, что все это ошибка. Она ведь безоговорочно верила Кириану, делилась мечтами, сокровенными мыслями. Он постоянно находился рядом, защищал, наставлял. И любил. Он сам говорил, что любит ее.

– Я не предавал свой народ, – ровно ответил Кириан.

На секунду затопило облегчение.