Сокровище Хранителя Запада

Но мысль в понедельник прошерстить библиотеку и поискать сведения о родовой магии учителя меня не покидала.

Стоило мне переступить порог общежития,Кайра сообщила:

– Тебе там посылку доставили из города. Горничная поставила ее в комнату.

При этом посмотрела она на меня как-то странно. Я кивнула и помчалась наверх вместе с друзьями. Удивительно, что даже после этого Эолалия не стала задавать вопросов. Хотя ее наверняка интересовало, зачем же мне столько колбасы. Она пару раз покосилась на брата, и я поняла, что девушка не решается заговорить об этом при Тито. Я благодарно посмотрела на нее и тут же направилась в свою комнату, стоило нам оказаться на нужном этаже.

Объяснение придумаю как-нибудь потом. В крайнем случае скажу, что собралась ловить льепхена. Лютик все равно сбежал…

С этой мыслью я отворила дверь в свою комнату и застыла на пороге. К счастью, я быстро спохватилась, вошла внутрь и заперлась. Льепхен без зазрения совести дрых на моей кровати. В комнате витал колбасный дух.

На разорванном пакете сиял охлаждающий артефакт. Остатки колбасы были разбросаны по полу.

Хлопок двери не произвел на ящеропса никакого впечатления. Даже когда я нависла над постелью, Лютик только приоткрыл один глаз и зевнул.

– Ты где был? – напустилась я на своего питомца. – Я же волновалась! И эта колбаса была не на один раз.

Зверь нехотя приоткрыл глаза и бросил на меня укоризненный взгляд. Покрытая чешуей морда благоухала колбасой. Покрывало на постели тоже. Я распахнула окно. А затем подхватила пакет и стала собирать в него остатки колбасы. И только после этого заметила, что рядом с ним лежит еще один маленький сверток.

Я бы трижды подумала, открывать ли его или нет, если бы не знакомая печать.

Гольдберги. Мы же только сегодня виделись! Что еще нужно Симону?

Сначала я развернула маленький листок бумаги. Записка оказалась короткой:

«Если решишься, воспользуйся тем, что в пакете. Я буду ждать тебя в субботу возле моста Роз.

Я отложила листок и, поколебавшись, начала разворачивать ткань. Ого… Такого я еще не видела.

Черная кружевная маска источала магию. Нити силы были сплетены с кружевом столь изящно, что несколько мгновений я не могла оторвать от нее взгляд. В памяти всплыли слова Симона: «По традиции дамы приходят на игру в масках».

Что там она еще умеет? Кажется, Симон говорил, что маска искажает голос…

Я не выдержала и подошла к зеркалу. Прохладное кружево легло на лицо как влитое. Немного изменился цвет глаз, а форма губ и подбородка теперь ускользали от внимания.

– Лютик! – позвала я.

Голос и правда стал звучать иначе. Если следить за языком и не выдать себя чем-то другим, не подкопаешься.

Льепхену мое преображение не понравилось. Он поднял голову и неодобрительно посмотрел на меня.