Хранитель Мечей. Рождение мага

Ну как, будешь читать или продолжишь твердить, что всё это – хумансами наведённый морок?

Баламут уже справился с собой.

– Можешь меня убить, хуманс. Но подделок твоих я читать не стану. Пойду лучше я, вот что. Работы ещё по горло, не сделаем положенное – кормы урежут.

Не поклонившись, гном повернулся спиной к Императору и зашагал прочь. За спиной раздалось осторожное покашливание начальника стрелков охраны.

– Пусть уходит, Кирстен, – спокойно ответил Император. – Из него выйдет хороший подданный… со временем, конечно. Дальше!

Кобылка молчавшей всё время Агаты поравнялась с жеребцом Императора.

– Не надо было отпускать его, – прошелестел тихий голос.

– О чём ты, Тайде? – удивился Император. – Думаешь, следовало всадить ему стрелу в спину? Или запытать за непочтение к особе императорской крови?

– Нет. – Огромные глаза Дану метнули короткий взгляд на правителя. – Надо было отправить его в горы. Дать грамоту, дать охрану… и пусть бы он уходил.

– Думаешь, потом он бы вернулся? – недоверчиво спросил Император. – Знаешь ведь сама… разбойников хватает. Радуга…

– Этот бы – вернулся, – негромко заметила девушка. – Если бы ты взял с него слово.

– Хорошая мысль, – усмехнулся Император, поворачивая коня.

…Увидев возвращающийся кортеж, Баламут, похоже, уверовал в то, что его всё-таки колесуют. Во всяком случае, щёки его слегка побледнели, когда он предстал перед правителем Империи.

– Вот что, Баламут, – сказал Император, глядя в глаза гному. – Подумал я над твоими словами и решил тебя… отпустить. Ты говоришь, что я лгу, не веришь даже в печать Каменного Престола… ну так иди себе домой. Дайте ему подорожную, – бросил правитель через плечо. – И денег… немного, а то пропьёт. Иди, Баламут. Но сперва дай мне слово, что, если я окажусь прав, ты вернёшься сюда. Что скажешь?

– Даю слово! – мрачно кивнул гном. – Даю слово… и исполню его, Император.

– Вот и славно, – уронил правитель на прощание, давая шпоры коню.

* * *Походная ставка Императора располагалась на южной окраине Мельина – правитель велел в первую очередь восстанавливать дома добрых мельинских обывателей, исправных налогоплательщиков, и лишь потом – свой собственный дворец.

Перед входом быстрым шагом мерил площадку человек в форме имперского курьера. Агата отчего-то сразу вцепилась Императору в рукав – не иначе как почувствовала беду.

«Что на сей раз? – мрачно подумал правитель. – Восточные бароны предались Семадре? Мятеж в пограничных легионах? Радуга подняла восстание?..»

– Хуже… – еле слышно прошептала Агата.

– Разлом… – с бессильным гневом пробормотал Император. – Ну, проклятие…

– Повиновение Империи! – Гонец бросился к ним, едва завидев.