Хранитель Ардена

Он надеялся, что Джованни даст ему хотя бы бинты для перевязки раны в темнице.

Люди продолжали выкрикивать его имя, но он не понимал почему. Что он такого сделал, что так полюбился публике? Он не знал ответа на этот вопрос. Но одно знал точно: в последние секунды, когда уже готов был сдаться, он снова услышал голос. Голос, который придал ему сил, помог бороться дальше.

Во что бы то ни стало Инео должен вспомнить, кому он принадлежал, и выполнить то обещание.

После бойни его отвели обратно в темницу. Когда Ахига вытащил кинжал из его плеча, Инео не сдерживался и стонал от боли. Во рту все еще стоял металлический привкус, и он мечтал смыть с себя кровь, грязь и пот, но, по словам соседа, о банных процедурах он мог забыть.

«Грязь, клопы и вши – бич бойцовой арены».

– Победителям бойни дают передохнуть пару недель, так сказать, оклематься от травм. Но твоя рана будет затягиваться не меньше месяца, – подытожил Ахига, накладывая швы.

Стражники принесли сверток с чистой тканью, настойками и иглой, после чего Ахига с ловкостью талантливого лекаря залатал рану Инео и наложил повязки. Если верить его словам, единственное, на что не скупился Джованни, – это целебные снадобья для лечения ран рабов, на которых он возлагал большие надежды.

Значит, Инео входил в их число. Но хорошо это или плохо, он пока не решил.

– Где ты научился лекарскому делу? – поинтересовался Инео, когда Ахига закончил с перевязкой.

– У себя на родине я был лекарем.

Инео удивленно вскинул брови.

– Я думал, ты был военным или занимался тяжелым физическим трудом.

Превозмогая боль, Инео уселся на циновку и принялся за обед, который стражники принесли вместе с лекарскими принадлежностями. Флягу с водой он прислонил к стене, чтобы та медленнее нагревалась от духоты в темнице.

– Физическим трудом я занимался вдоволь. У меня был скот и большая усадьба, за которой нужен был хороший уход, – ответил Ахига, баюкая в руках свою фляжку. – Да и все мужчины острова Вамир обладают хорошей боевой подготовкой, чтобы защищать свои земли от набегов работорговцев. Но восемь месяцев назад на Вамир напало сразу пять пиратских судов. Мы жили на окраине, поэтому я успел увести жену с детьми в лес и спрятать их в одной из землянок, которые жители Вамира соорудили на случай нападений. А сам вернулся помочь соплеменникам. – Ахига задумчиво почесал грязными ногтями покрытый шрамами подбородок. – Нарая, моя жена, умоляла меня остаться с ними, просила не уходить… Но я не мог отсиживаться в укрытии, пока мерзкие твари оскверняют земли моих предков. Я ушел, чтобы сражаться, и даже смог уберечь от похищения дочь соседа, но сам спастись не успел. Теперь я здесь.

Ахига закончил рассказ, а Инео впервые увидел на его лице тень грусти.