Хозяйственная история графини Ретель-Бор

— Ваш сын говорил о вас только хорошее, уважаемый Керуш, — говорю с лёгкой полуулыбкой, когда располагаюсь в главной комнате дома: она же гостиная и кухня, и спальня. — Мне интересно послушать и узнать вашу историю.

— Простите меня, Ваше Сиятельство, но для какой цели вам нужно знать о моей ершистой судьбе? — в голосе лёгкое недовольство, но я ему прощаю.

— Для той, что собираюсь менять некоторые устои, Керуш, — говорю без прикрас, как есть. — Далеко заходить не смею, но в своём графстве я могу закладывать свои правила и нормы. Не дело, что такой учёный муж сидит без дела и его дар не используется.

— Я лишён грамоты, — говорит Керуш, но в глазах вижу проснувшийся интерес и любопытство.

Элен и Омар молчат. Не мешают моему разговору.

— Знаю, — говорю, глядя в умные глаза целителя. — И могу, как хозяйка графства вернуть вам её, а также разрешить… в разумных, конечно же, пределах, изучать свою науку.

После этих слов, Керуш вскидывает на меня взгляд полный неверия, уже вконец, истлевшей надежды и в его глазах блестят слёзы.

— Госпожа графиня… — шепчет он не своим голосом. — Да я за это для вас… да что угодно… когда угодно…

Поднимаю вверх ладонь, останавливая его речь.

— Мне нужны люди, Керуш. Верные и надёжные. Которые даже в час опасности не предадут и до самой смерти останутся мне верны. За верность тоже буду платить верностью — своих людей не брошу и в беде не оставлю. Всё, что от меня требуется — сделаю. Но и спрос, сами понимаете, будет высок.

Мужчина падает на колени и хватает подол моего платья, страстно целует и плачет.

Мне крайне неудобно становится, и я ворчу:

— Керуш, прекратите. Немедленно. Хватит сморкаться в моё платье.

Он тут же произносит море извиняющихся слов и после всех расшаркиваний, возвращаюсь к теме разговора.

И Керуш без обиняков выкладывает всё о своей судьбе.

Целитель Керуш — выходец из хорошей семьи.

Но, как я уже говорила, гильдией магов он был лишён права продолжать свою богоугодную деятельность, потому как, мужчина придерживается некоторых странных для закостенелых умов этого мира взглядов, полностью противоречащих неизменным истинам гильдии.

Настоящее преступление!

Фыркаю про себя.

Так к этому преступлению приравнивается ещё и женитьба на прехорошенькой девушке, у которой единственным приданым было её личико и фигура, а родители, как в сказках говорится, были бедными, но зато честными. Ни кола, ни двора, ни титула — ни-че-го.

Однако бедность и честность для любого мира — это недостаточные рекомендации для брака, в котором мужчина выходит из знатной семьи, а девушка… ну, вы поняли.

Отец Керуша изгнал сына из семьи, лишив его своего имени и естественно состояния.

Благо, Керуш был одарённым. Целительство — это его вторая жена.