Хозяйка волшебной лозы

Когда отъехали от города, зарядил мелкий противный дождь.

К ночи колёса уже дважды вязли в грязи. Приходилось останавливать всю группу, чтобы вытащить транспорт.

Когда сумерки сменила промозглая тьма, герцог велел подать ему жеребца. На слабые попытки удержать его от опрометчивого шага он возразил, что пока является командиром отряда, и сам будет решать, на чём ему ехать.

Когда ди Новайо пребывал в таком настроении, с ним не спорили. Подвели соскучившегося по скачке жеребца. Алистер с неимоверным облегчением забрался в седло. И пусть спину то и дело простреливало болью, это была малая плата за возможность не тащиться со скоростью улитки.

Карету он велел бросить. Никуда не денется, а утром он пошлет кого-нибудь её вытащить и вернуть доброму синьору из Овьедо.

Дождь, увидев, что герцог теперь не прячется от него в карете, припустил ещё сильнее. Дорога была еле видна. Даже магические светильники оказались не в состоянии разогнать влажную мглу.

Постоялый двор не проехали чудом. Замёрзшие и усталые солдаты торопливо распрягали лошадей, спеша окунуться в тепло и наконец просохнуть.

Алистер, оставшись один в отведённой ему комнате, со стоном опустился на постель. Лекарь был прав, отправляться в такое долгое путешествие верхом герцог ещё не готов. Вот только и признавать правоту коновала ди Новайо не собирался.

Он мечтал поскорее убраться отсюда. В этих краях его преследовал какой-то злой рок.

Когда в дверь постучала служанка, Алистер заставил себя встать, прежде чем разрешить ей войти. Дождался, когда она расставит тарелки, и уже привычно сообщил, что дополнительные услуги не требуются.

Девчонка глянула обиженно, но послушно вышла за дверь. Ел герцог стоя. При малейшей попытке сесть на стул, спину простреливало болью.

Сразу после ужина он осторожно опустился на постель. Спать на животе герцог не привык, но сейчас выбирать не приходилось. Уснуть он и не надеялся. Раздумывал, найдётся ли поблизости лекарь, если станет совсем невыносимо.

И незаметно провалился в сон, где его уже встречали ласковые глаза и нежные руки той, кого он так и не нашёл."

"Глава 45

После Овьедо артисты решили делать остановку на зиму. Маноло объяснил мне, что дожди уже зарядили надолго, дороги небезопасны, и до праздника перелома зимы нужно где-то переждать сырое и холодное время.

– Обычно мы в богатом загородном доме местечко подыскиваем или в городе у знатного синьора сараюшку какую занимаем, – рассказывал он, выплетая веревку для своего выступления. – Тут главное наткнуться на синьора доброго и нежадного. А то было дело, мы у одного гостевали, так он днем заставлял по хозяйству работать, а вечером еще и людей его развлекать! Еле выдержали до морозов, а там уж сбежали в столицу на праздники.