Хозяйка утерянного сада

Я расправила его, пытаясь пережевать то, что успела похитить со стола.

Дверь открылась, в нее величественно вплыло кресло.

- Где мои голодные глазки? - улыбнулись мне самой мерзкой из улыбок. Я пыталась быстро проглотить еду, чтобы не вызывать подозрений. – Ну что ж! Продолжим! Ой, а кто ел бабочек? Винсент? Ты ел моих бабочек? Интересно… Все, Винсент! Можешь идти. И закрой дверь на ключ. Все слуги свободны. В это крыло не заходить! У нас - скандал.

Мы остались в комнате совсем одни.

В этот момент я с усилием попыталась проглотить награбленное со стола, чувствуя, что мне не хватает воздуха… Перед глазами все поплыло, я уцепилась за стол с вазами, пытаясь сделать вдох. Словно сквозь пелену я видела свою руку, наклоняющую столик. Вазы посыпались с него, со звоном разбиваясь о пол. Но даже их звон, казалось, доносился откуда-то издалека!

Пытаясь закашлять, я замерла.

- Интересный спектакль, но слабо верится! – заметил спокойный голос, словно из-под толщи воды.

Какая разница, что и кто сейчас говорит, если я не могу сделать вдох. Я чувствовала, что падаю на колени, упираясь руками в мягкий ворс ковра.

- Так, а вот это мне не нравится, - встревожился голос. Все плыло перед глазами. Я пыталась вдохнуть, но что-то мешало. Страшный кашель заставил меня ослепнуть и оглохнуть.

Я пришла в себя, все еще кашляя. На моей спине лежала рука. Задыхаясь, я чувствовала, что сгораю от стыда. Может, за это время я отвыкла от нормальной еды, а может, просто пожадничала…

- Тише, тише, - послышался голос. Я висела точно так, же как и в карете. – Какой у нас насыщенный день. Мы познакомились, поженились, переехали, поскандалили, а теперь я спасаю вам жизнь! Успокойтесь! Слуги все уберут.

- Как же я вас ненавижу, - прошептала я, давясь собственной гордостью. Я попыталась встать, и даже встала.

- Я жду свой скандал! - намекнули мне игриво.

- То есть, вы не отрицаете того, что убили папу? – сервшим от кашля голосом спросила я. – И не отрицаете того, что присвоили себе ваше общее дело, в которое отец вложил все, что у него было!

- Нет, не отрицаю, - заметил муж, глядя на то, как я расправляю задравшуюся юбку.

- Тогда вы – подлец, мерзавец! – выкрикнула я, ударяя его кулачком в грудь.

- Я знаю, - донеслось до меня невозмутимое.

- Я ненавижу вас! Ненавижу! – задыхалась я, вспоминая, как папа дарил мне пони, и как я бегала показывать ему каждое новое платье.

- Я знаю, - послышался самодовольный голос.

- И то, что вы – ужасный человек, вы тоже знаете?! – выкрикнула я ему прямо в бесстыжие глаза.

- Знаю! – улыбнулись мне, глядя на меня странным взглядом. – А еще я знаю, что ты - красавица…

Не успела я опомниться, как меня притянули к себе и пылко поцеловали. Вдруг я поняла, что больше не вижу ничего вокруг. Его губы были холодными и сладкими, как пастила.