Хозяйка старой пасеки

— Могу я попросить вашей помощи как представителя власти? Я хотела бы, чтобы эти двое передали мне дела под вашим контролем. Если вы не возражаете, конечно.

— Почему нет? — пожал он плечами. — В конце концов, в мои обязанности входит надзор за порядком в уезде и исполнением законов. К тому же как уездный исправник я обязан проявлять «доброхотство и человеколюбие к народу». — В его голосе промелькнула легкая ирония. — Так что я помогу вам с приемом дел и расчетом прислуги. Тем более что это часть расследования. Может, старушку убили, когда она обнаружила, что ее обкрадывали. Точнее, вас.

На душе потеплело. Я даже сама удивилась своей реакции: оказывается, мне действительно было очень важно, согласится ли исправник.

Или я ищу повод задержать его в доме подольше?

Эта мысль напугала меня не на шутку. Нет. Просто он — один из немногих знакомых, да и жалко было бы разочароваться.

— Глафира Андреевна?

— Простите, — очнулась я. Щеки налились горячей тяжестью. — Я задумалась.

Не к месту добавила:

— Спасибо.

Да что такое со мной творится, веду себя не умнее Вареньки!

У Стрельцова хватило такта не заметить моего смущения.

— Что до Марии Алексеевны — позвольте ей самой решать, готова ли она обходиться без прислуги и жить в таких условиях. Почему-то я думаю, что они ее не смутят. И спасибо за приглашение к обеду. Я уверен, он скрасит те неприятные обязанности, которые нам предстоят. — Он открыл передо мной дверь, пропуская в дом. Спросил: — Глафира Андреевна, вас не затруднит позаботиться о сотском? Я бы не хотел отпускать его, пока не приедет пристав, но нельзя же заставлять человека поститься.

— Я уже покормила его.

— Благодарю.

Я думала, что доктор будет наверху, с Варенькой, но он обнаружился у подножия лестницы.

— Проведал нашего пострадавшего, — пояснил он, прежде чем я открыла рот.

— Как он? — спросила я.

— Что случилось? — одновременно со мной встревожился исправник.

— Савелий Никитич поссорился с Глафирой Андреевной, — сказал доктор. — Свидетелем начала ссоры я не был и ее причины не знаю. Итог — те следы, что вы, несомненно, уже заметили на шее нашей хозяйки.

Я механически потерла горло под взглядами обоих мужчин. Доктор продолжал рассказывать:

— У приказчика — несколько укусов мягких тканей спины и предплечья, без повреждения мышц, и два ожога… Отпечатки рук Глафиры Андреевны, насколько я могу судить. Анастасия Павловна квалифицировала бы их как ожоги второй-третьей степени.

— Мне это ни о чем не говорит.

— Понимаю. Описание повреждений я уже изложил письменно — и тех, что обнаружил на шее барышни, тоже. Ознакомитесь, как будет время, и сделаете выводы.

Стрельцов потер лоб.

— Час от часу не легче. Теперь еще и разбирайся, кто на кого напал.

Я не удержалась от ехидства:

— Ну конечно же, я.