Хозяйка почты на улице Роз (СИ)

Недолго думая, я написала письмо, запечатала его, а потом, немного посомневавшись, поставила сверху печать «Срочно». Увидев ее, Аскольд поймет, что это не какая-то ерунда.

Балрик не стал ничего спрашивать. Он положил письмо в сумку и молча, вышел из почты. Теперь осталось дождаться Аскольда.

Он приехал через несколько часов. Сняв мокрый капюшон своей кожаной куртки, кузен Гериуса с порога поинтересовался:

— Что произошло, леди Рене? Ваше письмо — просто крик о помощи.

— Мы должны поговорить наедине, — я оглянулась на кухню. — Ждите меня в соседнем доме. Сегодня у рабочих выходной, и нам никто не помешает.

Аскольд взял ключ из моих рук, после чего вышел, внимательно взглянув в последний раз.

Мне было страшно, как никогда в жизни. Сомнения все еще терзали меня, но не могла же я пойти на встречу с Могильщиком? Который угрожал мне смертью…

Сказав Тилли, что мне нужно сходить в банк, я взяла зонт и вышла под дождь. Мне пришлось обойти усадьбу вдовы Блумкин, чтобы попасть на территорию со стороны сада.

Аскольд стоял у окна на первом этаже, упершись большими руками в подоконник. При моем появлении он обернулся и сказал:

— Мне даже страшно представить, что могло произойти. Вы обратились за помощью к малознакомому человеку, леди Рене. Это странно.

— Мне больше не к кому обратиться. Вряд ли в этой ситуации кто-то сможет помочь. Я даже не уверена, что вы сможете, — ответила я, немного смущаясь под его внимательным взглядом.

— Вот даже как… — протянул Аскольд, приближаясь ко мне. Его пальцы прикоснулись к моему подбородку, приподнимая голову. — Говорите. Я слушаю вас.

Глубоко вдохнув, я выложила ему все и, сжав за спиной кулаки, замолчала, понимая, что пути назад уже нет.

— Это какая-то шутка? — лорд смотрел на меня потемневшими глазами, в которых бушевало пламя. — Зачем вы рассказываете то, что не может быть правдой?!

— Это правда! — я достала из ридикюля перстень и протянула ему. — Вот, смотрите!

— О, черт… — протянул Аскольд, глядя на него, как на ядовитую змею. — Но как такое возможно?!

— Я не знаю! Не знаю! — всхлипнула я, не в силах сдержать слез. Напряжение схлынуло, скатываясь солеными дорожками по щекам.

Лорд вдруг прижал меня к себе и стал гладить по голове большой рукой. Когда он заговорил, в его голосе послышалась мягкость, так не вяжущаяся с брутальной внешностью:

— Я прошу вас, не нужно. Успокойтесь. Для меня нестерпимо, когда женщина плачет…

Да, нужно было успокаиваться. Что-то я совсем раскисла. Но на его груди было так хорошо… Безопасно и уютно… О нет… Нет!

Я резко отстранилась от Аскольда и вытерла слезы, дрожащей рукой.

— Простите меня за мимолетную слабость.

— Я бы не сказал, что вы слабая девушка, — усмехнулся лорд. — Уж поверьте мне, в вас много внутренней силы.