Хозяйка Севера

— Уже утро, Герман, какая постель? — спросила я, кивнув на яркий уже почти весенний день за окном.

Ответом мне был циничный смешок.

— Наташка, ну ты что как маленькая... Если скажи, что будешь сейчас лежать на спине и думать об Англии.

— Зачем мне думать о чужой стране? — спросила я.

— Вот и я говорю, что не надо, — хмыкнул Герман, поднимая меня на руки. — Не надо терять попусту время.

И да... времени он точно не терял.

Я целый месяц прожила с этим мужчиной в одном доме, и никогда прежде он не казался мне настолько воодушевленным и деятельным.

Поняв, что я смущаюсь выползать из кровати в его халате, Герман полез в гардероб и достал мне какую-то ночнушку.

— Халат на ночнушку? — удивилась я его выбору.

— Вот-вот, — согласился со мной Левицкий. И даже языком прищелкнул — вот он насколько согласен. — Мне тоже кажется, что это простая трата времени.

И тем не менее я не вылезла из-под одеяла до тех пор, пока на мне не оказалось ночнушки и уже моего (то есть купленного для меня) бежевого шёлкового халата.

После этого Герман больше не терял ни минуты: подняв на руки, он понёс меня в свою спальню — через ту дверь, которая соединяла наши комнаты, минуя коридор.

Когда он переносил меня через порог между нашими спальнями, я снова вспомнила про рассказ тети Люды — и про опасность первого оборота у полукровок.

— Герман, ты сказал, что хочешь детей? — осторожно спросила я.

— Хочу, — тут же ответил Левицкий, прижавшись носом к моей щеке.-- Хочу детей, хочу над ними работать...много и долго.

Судя по бугру на его джинсах, он говорил то, что чувствовал.

— Но ведь они будут полукровками, — всхлипнула я.

Герман не сразу понял, что я имею в виду. А когда понял, довольно усмехнулся.

— Наташка, мне приятно, что ты уже переживаешь из-за наших детей. Но не зачем. Такие трудности с первым оборотом бывают достаточно редко, и только у слабых полукровок, — уверил меня Герман. — Я — Альфа, поэтому наши дети уже изначально никаких не могут быть слабыми.

Он положил меня на кровать и нежно поцеловал мои губы.

— А потом, я буду рядом, Наташ. Рядом с нашими детьми в момент их оборота. Всё будет хорошо.

Я не успела ещё ничего ответить, когда Герман потянулся ко мне... спустя мгновение мой легкий шёлковый халатик взвился вверх к потолку, а затем к нему присоединилась и ночнушка... точнее, её кусочки.

Жалко... красивая дорогая вещь. Была.

Но мне самой уже было не до одежды. Я откинулась назад и выгибаясь словно похотливая кошка, призывно развела ноги.

— Так и надо приветствовать мужа, — усмехнулся Герман, накрывая моё обнаженное мягкое тело своей горячей и жесткой плотью.

Он был тяжелым. Напористым. Иногда нетерпеливым и резким.