Хозяйка проклятого сада, или Новая жена для Темного

Мягко потянул меня к себе, пока еще не обнимая, но я ощутила его горячее дыхание, почувствовала в полной мере мужественный ореол его сильного тела. Голова слегка закружилась, сладкие мурашки просто взбесились, защекотали меня везде. — А еще… Я не могу научить тебя магии. Но я могу научить тебя делать настои, духи и прочее из наших растений. Ведь мы торгуем не только растительным сырьем, но и готовыми настоями и лекарствами, чьи рецепты знаем только мы с Грасерией. Если ты желаешь… Может, это поможет тебе и в картировании Сада. И даст новую профессию.

— Конечно, хочу! — перебила его я.

«Ну давай, целуй уже! От поцелуя не откажусь! Да нет, если не поцелуешь — я сама брошусь к тебе целоваться!»

— Вот и прекрасно. Завтра после моего возвращения — начнем занятия… — прошептал Баэр, одним движением притянул меня вплотную и, наконец, накрыл мои губы своими.

Разум рухнул в сияющую бархатную Тьму. Я с наслаждением отдалась вихрю, опасаясь лишь, что не смогу остановиться сама. Казалось, в те мгновения Тьма объединяет нас, окутывает, ласкает.

— На первом свидании — только поцелуй… — тонко прошептала я, когда вихрь немного улегся, чтобы почти сразу превратиться в следующий.

— Хорошо, — хрипло ответил Баэр. — Но тогда… Ты сама придешь ко мне, когда… будешь готова. Я по-прежнему испытываю к этому большой интерес…

— Хорошо… — в тон ему простонала я и запрокинула голову, чтобы ему даже в голову не пришло перестать меня целовать.

В общем, свидание удалось.

***

На следующий день после восхитительного совместного завтрака Баэр уехал. Сказал — по деловым экономическим вопросам, то есть по вопросам продажи наших уникальных отваров, зелий и, осмелюсь предположить, ядов.

Грасерия, глядя на наше примирение, молитвенно складывала руки и вздыхала, словно мать из старых времен, выдающая замуж дочку. В исполнении «семнадцатилетней» девицы это выглядело очень мило и слегка комично.

Черный кот Борси и белая кошечка Мурка за ночь явно нашли общий язык. Лежали на подоконнике, прижавшись друг к другу, и мурчали. Еды не просили — мало того, что ночью они явно успели поохотиться (или Борси поохотился), так еще и утром, узрев нашу белоснежную красавицу, Грасерия всплеснула руками и выставила миску, полную деликатесов. Видимо, котики просто «больше не могли» (правда, не уверена, что так бывает!).

В общем, Баэр поцеловал меня в щечку и, как примерный муж, поехал на работу, развязав этим руки нам с Грасерией.

— Пойдемте, госпожа! — сказала мне Грас. — Заниматься будем в библиотеке.

Ух! Повезло. Наконец-то окажусь в святая святых этого дома! То есть там, куда Баэр меня до последнего времени не пускал.

— А не запалимся? — почему-то шепотом спросила я у нее.