Хозяйка разрушенной крепости

– Эй, кто-нибудь, помогите положить его на телегу! Я осмотрю рану, а вы пока слушайте что вам говорят Винс и Ланселот! Если получится убрать все следы боя и быстро уехать, у нас и правда появится шанс на спасение!

Глава 32

Трофеи нам достались богатые. А именно: шесть откормленных коней с недешевой сбруей. Седьмому, к сожалению, сломал шею Храбр, на что Винс сказал:

- Ничего, сейчас шкуру снимем и на мясо разделаем. С такой кучей рабочих рук это будет быстро.

Также мы стали обладателями шести комплектов боевых доспехов и оружия, плюс нам достались роскошные черненые латы Белоручки, по поводу которых Ланселот проговорил:

- Слыхал я, что Гарет снял их с Черного рыцаря. Что ж, теперь настало время снять их с него.

Вдобавок в кошелях убитых, привязанных к их поясам, мы нашли около трехсот нуммиев, шестьдесят три денария и восемь солидов. Разумеется, золотые и серебряные монеты были у покойного Гарета. У него же на шее под доспехом обнаружилось украшение в виде жгута, сплетенного из серебряной проволоки.

- Я всегда говорил, что разбойничать выгодно, - заметил Ланселот. – И это я сейчас не про нас. Гарет Белоручка всегда славился тем, что грабил путников на дороге в Камелот, проходящей через его владения, называя это сбором дани за проезд. Однако, как ни назови грабеж, он всё равно грабежом останется.

- Хватит языком чесать, - проворчал Винс. – Зпихиваем мертвецов в бочки, присыпаем пылью кровь на дороге, привязываем к задкам телег большие веники из свежих веток, которые будут заметать следы подков, и уезжаем. Сейчас того и гляди потянутся подводы с рынка, а нам лишние глаза и уши совсем ни к чему.

...Нам повезло.

Сопровождающие каравана всё сделали очень быстро, понимая – если нас увидят за эдаким занятием, нам несдобровать. Но не успело солнце выглянуть из-за верхушек деревьев ближайшего леса, как наш небольшой караван уже выдвинулся в путь. Причем, обернувшись назад, я не увидела никаких следов недавней битвы. Воистину Винс с Ланселотом были искусны не только в хорошей драке, но и в заметании следов после нее...

Конечно, жалко было нашего крестьянина, который только-только обрел свободу – и тут же героически погиб в бою, пронзенный копьем. Но я утешала себя мыслью, что эта жертва была не напрасной: сложись всё по-другому, и все мы сейчас уже шли бы, спотыкаясь, следом за отрядом Гарета Белоручки к его замку, связанные в невольничью цепочку.

При этом было понятно: если б Храбр столь решительно не начал бой, еще неизвестно, как бы он мог повернуться для нас. Сейчас же славянский богатырь лежал на телеге, хрипло дыша, а я смотрела на торчащую из бока раненого рукоять ножа, и не решалась его выдернуть.

- Может кто-то из твоих людей мне поможет? – негромко попросил Храбр. И несмело улыбнулся, чем несказанно меня удивил.