Хозяйка пролива Боншон

– Нет, мадам, другого выхода нет. Я взял на себя смелость рассказать ещё одному пленнику, бывшему помощнику капитана, в Фарийе у него осталась семья. Он не выдаст нас.

– Пусть это будет на ваше усмотрение. Только не забывайте, что у нас гарем, мужчин здесь нет.

– Иногда женщина может стоить двоих мужчин, – усмехнулся Демьен, – да и выбор у нас невелик.

– Задали вы мне задачку, капитан, – в самом деле, кто согласится бежать и не выдаст нас хозяину?

– Если вам некому довериться, то отправимся так и будем молиться морским богам, чтобы сохранили нам жизнь, – Демьен обернулся, склонил голову, будто прислушиваясь, затем тихо шикнул, – бегите, мадам. Жду вас завтра в этот же час.

Он торопливо поднялся и зашагал прочь, подволакивая больную ногу.

Я вынырнула из лаза, огляделась по сторонам и поспешила в комнату.

– Где ты ходишь, – Дилера не спала, выжидательно уставившись на меня.

– Так, проверила кое-что для завтрашней работы, – не хватало, чтобы она начала шпионить за мной.

– Ну-ну, – кивнула с недоверием девушка и легла на тюфяк, отвернувшись к стене."

"На следующий день бабушка Калима ещё лежала в постели, я занялась обычной работой вместе с другими служанками и постоянно ловила на себе задумчивый взгляд Дилеры. Мне стало страшно, малейшая оплошность может сорвать весь план. Следует быть очень осторожной. Но как тогда договориться с Демьеном?

В полдень, когда солнце раскалило воздух так, что даже дышать стало тяжело, госпожи укрылись в своих комнатах. Я решила пробраться в сад, покормить щенка. Он со вчерашнего дня сидел голодный, надеюсь, хоть вода у него ещё была.

Стоило мне приблизиться к кустам, как за спиной услышала гневный оклик:

– Что ты здесь прячешь? – это была Дилера.

Мне навстречу из кустов выбрался щенок и, увидев девушку в нерешительности, застыл на месте.

– Его прячу, выдашь меня теперь? – как я не заметила её, не понимаю! Всегда старалась быть предельно осторожной.

Увидев рыжего кроху, девушка удивлённо моргнула, а потом расплылась в улыбке:

– Я думала, ты воруешь что-то. Почему не сказала мне? – она взяла кроху на руки, мелкий принялся вылизывать ей лицо.

– Страшно было…

Дилера обернулась, глаза её посерьёзнели:

– Я не враг тебе. Им, – кивнула она в сторону дома, – да. Ты не знаешь моей истории. Меня купили этому старому борову, чтобы я стала младшей женой. Ведь раньше я была красива…очень красива. Только в первую брачную ночь, взяв нож для фруктов, попыталась перерезать горло этой свинье. «Добрый» господин тем самым ножом оставил на моём лице знак. Чтобы больше никогда я не забывала о своём проступке. Так он сказал. А потом надругался надо мной… смотрел, как я истекаю кровью. Лекаря ко мне не пустили, зажило всё кое-как, долго лицо было покрыто гноем и струпьями.