Хозяйка проклятого острова

– Невероятно… – волна благодарности затопила мужчину.

Он поднял на свою спасительницу сияющий взгляд и… онемел.

Она ждала, усмехаясь. Будто прекрасно понимала, что он сейчас чувствует.

– Ты… – просипел Ормонд, испытывая смятение, – Риналия… Но… Как? Откуда?

– Я вернула свои силы. А заодно и тебя с того света.

Она была почти такой же, как он запомнил. Прекрасной юной женщиной с глубокой поволокой в глазах и без единой морщинки на гладком лице. Ее роскошные волосы насыщенного винного цвета были зачесаны вверх и украшены скромным деревянным гребнем.

Ни кружев, ни шелка, ни бархата, ни украшений. Но это была она – Риналия ди Антрес. Та, что когда-то блистала на балах в королевском дворце, сводя с ума кавалеров, а последние десять лет бродила по острову живым призраком. Та, при встрече с которой он каждый раз испытывал злость и досаду за то, что не может ничего изменить.

Для Ормонда никогда не составляло секрета, кем была Рушка на самом деле. Он жалел ее и в то же время старательно избегал. Потому что помнил, какой она была, и не хотел лишний раз видеть, какой она стала.

– Нравлюсь? – она вдруг кокетливо улыбнулась.

Ормонд сглотнул. Его щеки вспыхнули, как у мальчишки.

С трудом оторвавшись от ее сочных губ, он повел взглядом вниз, изучая стройную шею, выпуклости груди, плавные изгибы талии и бедер… И вдруг почувствовал, как в горле становится все суше и суше, а вся кровь, отхлынув от щек, устремляется ниже пояса.

В полном смятении он стиснул зубы. Но сдержать реакцию тела не смог и в полной прострации перевел взгляд на себя.

Простынка, которой он был прикрыт ниже пояса, пикантно топорщилась.

Покраснев до ушей, Ормонд сделал единственное, на что был способен: прикрыл стыд ладонями и потерянно просипел:

– Простите, госпожа, сам не знаю, как это случилось…

– Ты еще не понял, Ормонд? – Риналия склонилась к нему и заглянула в глаза, ища там что-то, известное лишь ей одной.

– Чего… не понял?

– Ты здоров. Абсолютно здоров.

Она продолжала жадно ловить его взгляд. Ждала, что он скажет. Потому что сама не сказала ему всего. И не скажет уже никогда, что изменила не только тело, удалила не только шрамы.

А Ормонд не мог найти слов. То, что он сейчас ощущал, было настолько невероятным, что все слова казались бессмысленными. Он снова стал полноценным мужчиной. Как в такое можно поверить после десяти лет полусуществования, а не жизни?

– Я выйду, – Риналия первой нарушила тишину. – За печкой стоит лохань с горячей водой, можешь помыться. Заодно и налюбуешься на себя. Только не геройствуй сильно, а то опять сляжешь.

Когда за ней захлопнулась дверь, Ормонд наконец осознал, где находится. Это был домик Рушки. Значит, все это время она здесь лечила его?

Откинув простынь, он спустил ноги на пол.