Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!

И это мы всего лишь разводились! Чувствую, если бы на месте развода была свадьба, все было бы еще хуже.

Малыш, который только что смотрел на меня с испугом, вдруг хихикнул: должно быть, увидел мое выражение лица. Детей почему-то всегда ужасно смешит, когда взрослые начинают вести себя, как живые люди.

Я опустила взгляд, посмотрела в яркие голубые глазки с вертикальными драконьими зрачками и скорчила рожу, сведя глаза к переносице и высунув язык.

В этот раз малыш зашелся уже громким смехом. Я улыбнулась — что ж, он явно в порядке. Падение явно было не таким ужасным, как казалось со стороны.

Интересно, что это за ребенок? Откуда он здесь взялся?

Я подняла с пола птичку и уже собиралась подать малышу руку, когда меня, схватив за локоть, грубо вздернули на ноги."

"— Я неясно выражаюсь? — рыкнул дракон мне в лицо. Ладонь, которой он схватил меня, была обжигающе горячей, как угли, а хватка — железной. Я охнула. — Не смей. Приближаться. К…

— Вики! — раздался испуганный крик, а потом по лестнице вниз сбежала темноволосая женщина. — Вики, немедленно иди сюда! Не прикасайся к ней!

Женщина вздернула мальчика на руки, прижала к себе, уставившись на меня со смесью испуга и брезгливости.

Малыш, испугавшись, конечно, громко заплакал в ту же минуту. Личико покраснело, сморщилось, по щекам покатились слезы. Здравствуй, истерика на два часа, если не предпринять никаких мер.

— Что ты с ним сделала, тварь? — рявкнула женщина, пытаясь заглянуть малышу в лицо. Тот упорно от нее отворачивался.

У женщины были светло-карие, янтарные глаза с вертикальными зрачками. А еще — тяжелая нижняя челюсть, высокий лоб, черные прямые волосы, смуглая кожа.

Между ней и драконом угадывалось исключительное фамильное сходство.

Сестра? Должно быть.

Я-то уж подумала, что у дракона семья на стороне, но, кажется, дело тут в другом: это его сестра и племянник.

Тот самый “ребенок”, который оказался в опасности из-за Ивари? Но как? Как она умудрилась и что такого сделала?

В голове был белый туман, никаких воспоминаний. Всплыло только имя, Эриан — должно быть, так звали сестру дракона. И больше ничего.

— Отвечай! — вспыхнула она. — Если ты снова попыталась навредить моему малышу…

Тот зашелся еще более громким плачем, по волосам женщины пробежались искры, как будто она готовилась меня сжечь.

Пора было заканчивать этот фарс. Какую бы ерунду со своими жизнями ни творили взрослые, от этого не должны страдать дети.

— Я всего лишь успокоила вашего малыша после падения, — ответила я, спокойно улыбнувшись. — Он споткнулся и скатился с лестницы — и в этом нет ничего удивительного, учитывая, что на нем туфли со скользкими подошвами.