Хозяйка заброшенного поместья

Стоит ли топить печь и здесь? Хватит ли дров, и где взять новые? Рубить деревья на дрова мне точно не приходилось, покупали всегда... И как их возить из леса, на лошади?

Лошадь! Кто за ней ходит, когда Петр в запое? И как за ней ходить? Что делать с птицей, свиньями и даже коровой, я знала, но лошадь?

Словно вторя моим мыслям, донеслось обиженное ржание.

— Марья! — влетела я в людскую. — Чем кормить лошадь?

Нянька, собравшаяся выговорить мне за неправильную одежду, осеклась на полуслове.

— Петька же, какой пьяный ни был, никогда про лошадку не забывал! А сейчас...

Петр всхрапнул, заворочавшись, но не проснулся.

— Побегу я в деревню, попрошу кого из парней, чтобы пожил в людской да за лошадкой приглядел. Или лучше девку, чтобы заодно и за домом ходила, мне-то с одной рукой... Только заплатить бы надо. Хоть змейку в день.

Так мало?

— Конечно! Договаривайся хоть с кем, сейчас деньги принесу.

— Да зачем сейчас-то бегать, как отработает, так и расплатишься, — сказала Марья, слезая с лавки. — Пойду оденусь. А ты смотри дома сиди.

Я не ответила, и она добавила:

— Сиди дома, я сказала, не бегай голая по морозу. А то запру в кладовке, — добавила уже жалобно. — Хоть тулупчик маменькин надень, совсем ты себя не бережешь!

Тулупчик — это можно.

— Покажешь, где лежит?

Марья безошибочно нашла один из сундуков в кладовке, вытащила оттуда что-то похожее на короткую дубленку и суконные рукавицы.

— Вот. И не вздумай больше на улицу неодетой выскакивать!

— Не вздумаю, — заверила я ее.

15.1

Одевшись уже как следует, я снова вышла обследовать двор. Мотя выскочил за мной, гнать его в дом я не стала. Вдруг он действительно чей-то и собрался к хозяевам. Но кот бежал передо мной, распушив хвост, будто показывал, что здесь и как.

Кроме тех строений, которые были видны из окна, за дорогой — как я поняла, выездом из усадьбы для хозяев, а не для гостей — обнаружился птичник, откуда доносилось квохтанье кур; хлев, сейчас пустой, и еще один сарай с разнообразными инструментами, половину которых я опознать не смогла.

За строениями простирался луг, отгороженный перелеском.

Мимо меня проторопилась Марья.

— Далеко до деревни? — спросила ее я.

— Да вон за тем леском еще с полверсты. — Она махнула рукой. — За полчаса добегу.

— А наша земля где кончается?

— Вот тут она и кончается. — Нянька указала на лесок. — Раньше и поля за ним, и деревни ваши были, а теперь нет уже.

Понятно. Значит, в моем распоряжении двор, луг — будет хоть куда скотину выпустить, если руки дойдут ее завести, — и сад с парадной стороны дома. Ну что ж, никогда не была я барыней, нечего и начинать. Мне и того, что осталось, за глаза хватит, управиться бы.

В леднике, как Марья и говорила, нашлись и мясные отрубы, и подвешенные к потолку колбасы. Я снова ощутила укол вины.