Хозяйка отеля для новобрачных (СИ)

"

"- Послушайте меня очень внимательно, - я помолчала немного, привлекая всеобщее внимание и настраиваясь на нужную волну. - Начну с самого начала, чтобы вы сложили для себя картинку в целом. Мне тоже это необходимо.

- А о чем пойдет речь, дорогая? - кольца Лили красиво сверкали, отражая отблески огня в камине. Я засмотрелась.

- Речь пойдет о моей тёте Оливии, первой хозяйке этого отеля. Тридцать лет назад она исчезла при невыясненных обстоятельствах. Её муж Тэйлор Томас долгое время был под подозрением, но никаких доказательств его причастности не было, поэтому обвинений не последовало. Дядя пытался искать жену, однако безуспешно. Мы с Линнет изучили отчёты: как полицейские, так и детективных агентств. Никто из них ничего не нашел. Кое-что нашли мы с мисс Кроу буквально вчера. Письмо Оливии, которое она оставила перед тем, как уйти из дома, - я чуть перевела дыхание, волнуясь.

Все слушали меня, не перебивая.

Я начала издалека, с самого детства сестёр. Всё, что рассказал мне дядя. Потому что именно оттуда тянулась разгадка. Только никто не связал факты. Не хватало одного кусочка мозаики. Теперь он у нас был.

- И обратите внимание, Оливия часто аргументировала свой отказ выйти за Тэйлора состоянием их с Эми матери. Её неадекватным поведением. Она не называла это помешательством и никаких других диагнозов не называла. Но с головой у матери девочек было что-то явно не в порядке. Затем Оливия всё-таки выходит замуж за Тэя, намереваясь забрать Эми к себе. И передумывает впоследствии. Что послужило тому причиной? Испугалась нежных чувств юной сестры к собственному мужу или чего-то другого?

- Кажется, я догадываюсь, - негромко проговорила Лили. Её лицо было задумчивым, сосредоточенным.

Линнет кивнула:

- Думаю, мы подумали об одном и том же, мисс Беккер.

Я склонила голову над письмом.

“... уже какое-то время я чувствую, что со мной что-то не так. Всё чаще напоминаю себе мать с её неврозами, истерическими припадками и провалами в памяти. Никому не приходило в голову лечить её, обратившись к специалистам. Мы с Эми были детьми, и привыкли к её состоянию. Для нас это было неприятно, но естественно. Но теперь я понимаю, она была психически больным человеком, не осознающим своей болезни. В отличие от меня. Я всё о себе понимаю и нахожусь в глубоком отчаянии. ”

- Вот оно что, - прошептала Джина, безотчетно кутаясь в шаль, хотя холодно не было. Просто нам всем стало жутковато, как будто всё вокруг заледенело.

Пробежав письмо глазами дальше - оно было очень длинным - я продолжила.

- Оливия поняла, что унаследовала болезнь матери, и забирать Эми к себе, чтобы та внезапно прошла с сестрой то же самое, что и с матерью, не имело смысла. Она решила, что нужно попытаться вылечиться, а потом уже брать на себя ответственность за младшую.