Хозяйка отеля для новобрачных (СИ)

Доктор Полсен поцеловал руки нам поочередно: Оливии, мне и, краснея, Монике. Та смущенно улыбалась и тоже краснела в ответ.

“Ну ясно-понятно” - подумала я, и мы, наконец, загрузились в автомобиль. Благодаря Стиву нам не пришлось думать ни о каком транспорте. Везде нас встречали и провожали. До дома добрались быстро и с уже привычным комфортом.

Когда в конце дороги показался наш отель, наш дом, похожий на средневековый замок с башенками, окнами-бойницами, Оливия заволновалась и странно вскрикнула. Это было похоже на горловой звук какой-то птицы.

– Стой, Ричи, не так быстро! Тётя Оливия, что? Вам нехорошо?

Оливия замотала головой и закрыла лицо руками. Кожа на них была тонкая, как будто пергаментная, с маленькими коричневыми пигментными пятнышками.

- Тётушка, посмотрите на меня, - умоляюще произнесла я, - ну, пожалуйста!

Оливия глубоко вздохнула и подняла голову, взглянув прямо вперёд.

- Мой дом, - произнесла она, как будто не веря своим глазам.

- Да, миссис Томас, вы почти дома, - прокомментировал довольный Ричи и нажал на газ.

Линнет сообщила мне накануне по телефону, что дядя Тэй весь в ожидании сюрприза, а поскольку они с Джиной усиленно готовятся, то волнуется он не на шутку.

- У меня от волнения даже спина вспотела, - прошептала мне на ухо Моника.

Что уж творилось со мной, я бы словами и передать не могла. Сейчас я испытывала такое чувство, как будто это и есть дело всей моей жизни, моё предназначение - встреча Тэя Томаса и Оливии Томас.

Ричи подогнал автомобиль к самому крыльцу и сильно надавил на клаксон. Оливия вздрогнула.

- Ричи, не надо. Я тебя уверяю, нас и так заметили, - я помогла Оливии выйти из машины. Она оглядывала растерянно двор и дом, незнакомых людей на крыльце дома.

- Добро пожаловать домой! - выкрикнула нетерпеливая Джина и взмахнула рукой.

В этот момент дядя Тэй неуверенно сделал навстречу нам шаг, потом второй. Оливия всмотрелась в этого пожилого, как и она сама, человека. Такого взволнованного, в парадном костюме.

И когда его лицо исказилось от слёз, и он, уже поверив в чудо, двинулся ей навстречу, Оливия произнесла тихонько и нежно:

-Тэй…

Когда они обнялись: неловко, неуверенно, но так порывисто, слёз не мог сдержать уже никто.

- Боже мой, ничего прекраснее я в жизни не видела, это правда чудо, - всхлипывала Лили.

- Это я её нашел, - похвалился Генри присутствующим. Некоторые из них одобрительно похлопали его по плечам и спине."

"Вечером мы все собрались за столом. Генри рассказывал, как именно ему удалось напасть на след беглянки. Говорил о том, что полностью перепишет сценарий, и фильм будет о любви Тэя Томаса и прекрасной Оливии Томас. Лили говорила ему, что он гениален. Тэй Томас не отпускал худощавую прозрачную ручку своей любимой жены, словно боялся, что она снова внезапно растворится.