Хозяйка найденного сада

- Хозяин! – стучались в двери, а я почувствовала предательский румянец на щеках. – Все в порядке?

- Да, просто любимая просит деньги на карманные расходы, - ответил Венциан, присаживаясь. Шаги удалились. Перебуженные моим криком слуги расходились.

- Ну, это уже что-то, - заметил он с улыбкой. – Так, у меня разбойник застеснялся?

Я действительно смутилась. Нет, ну надо же!

- Отдавайте мне  часы и … и все золото! – яростно прошептала я, глядя в синие глаза и положив руки ему на грудь

- А вы унесете? Там много, - заметил Венциан, глядя на мои руки. – Боюсь, вы надорветесь…

- Я не знаю, как вас можно правильно ограбить! – заметила я, задумавшись.

- Ну хоть поугрожайте мне ради приличия, - заметил Венциан, улыбаясь.  – Разбойник вы или как? Почему я вас должен учить, как грабить кареты, а не вы меня? Ну-ка, соберитесь! А то мне скоро перед соседями стыдно будет. Вдруг вас завтра за руку приведут и скажут, что это самый милый и безобидный разбойник. Что вас пожалели, напоили чаем, угостили пирожным и отвели домой. Это такой позор! Для разбойника.

- А ну быстро отдали мне все, что у вас есть!!! – шепотом рявкнула я, пытаясь изо всех сил.

- У вас такой добрый и жалобный вид, что единственная добыча, на которую вы сможете рассчитывать, - это милостыня, - погладили меня по голове.  – Потом придут соседи и скажут, что жену я недолюбливаю, слугам недоплачиваю. Вон, на промысел вышли. Давайте по-порядку. Брови сдвиньте. Это раз. Второе. Побольше ругательств! Вы же разбойник! И голос такой суровый-суровый! Словно с вами шутки плохи. Чтобы мне перед соседями краснеть не довелось!

Ну, ладно! Сам напросился. Я вспомнила, как однажды видела грабеж в переулке.

Я схватила его за рубаху двумя руками и прошипела с такой яростью, что мне самой мой собственный голос показался ужасно страшным.

- Быстро, мышь волосатая, отдал мне часы и деньги! Живо! Пошевеливайся, глист корсетный! Иначе я голову тебе откручу!

- Уже лучше, - похвалили меня с улыбкой. – Но вы потренируйтесь.

Я увидела, как он стянул со столика золотые часы, протягивая их мне на цепочке.

- О, мадам, - послышался насмешливый голос. – Я просто дрожу от страха. Вот, возьмите мои часы. Это все, что у меня есть, мадам…

Я чувствовала, что начинаю улыбаться. С ним так интересно! Почему я раньше этого не замечала? Я осторожно приняла часы, сжимая их в руке и сама от себя не ожидая, склонилась, чтобы поцеловать.

- Вы собираетесь меня обесчестить? – послышался театрально перепуганный голос Венциана, когда я осторожно прикоснулась к его губам и тут же отпрянула. – Мадам, прошу вас! Я же отдал вам все, что у меня было! Только не обесчестить! Я такого не переживу!

Меня разбирал смех, а я обессиленная упала на вздрагивающую от смеха грудь. Мне на голову легла рука.