Хозяйка Мозеби (СИ)

Искомую виконтесса нашла на огороде, где фру Дан обихаживала пустые грядки, жгла высохшую ботву и пребывала в несвойственной ей меланхолии.

- Привет, Ильзэ! Не помешаю? Что- то мне сегодня маятно, вот и до тебя доехала – проговорила Нина, подходя к стоявшей в задумчивости хозяйке дома.

- Здравствуй, госпожа…Это хорошо, что пришла…– Ильзэ была серьезна и ,Нине показалось, что расстроена. – Фру Нинель, а не выпить ли нам по рюмашке?

Попаданка рассмеялась, услышав знакомую фразу, перенятую приятельницей в каком- то застолье, что иногда у них случались по- бабски так.

- Заметьте, не я это предложила!

Женщины вернулись в дом, рыбачка достала водку местную, неизменную сельдь, хлеб, холодную картошку и сало, разлила на правах хозяйки. Выпили по одной, закусили, и тут Нина обратила внимание на особую тишину в доме.

- Ильзэ, а где дети?

Рыбачка усмехнулась криво, налила себе еще, выпила залпом.

- Заметила, значит? Ну, тогда побудь сегодня моим исповедником, госпожа. Помоги хоть один камень с души снять...

Нина обратилась в слух, не решившись задавать вопросы. Гряло откровение, а оно не терпит вмешательства…

* * *

Рассказ Ильзэ Дан

- Тебе, говоришь, маятно сегодня? Вот и мне…Душа аж наружу рвётся, стонет внутри всё…И сон я муторный видела...Хорошо, что Эйнара твой Янис забрал, а то натворила бы я дел…

Думаешь, чего это оторва Ильзэ выпить решила в будний день? Это потому, что и сама тебе, госпожа, доверяю, и сын мой тебя любит...Да не красней ты, знаю я всё! Любовь, как чих, не спрячешь… Оттого- то и тошно мне еще больше…

Эй, ты не о том подумала! Вина к земле меня гнет, вина перед сыном, понимаешь? Жизнь я ему порушила! Пусть невольно, пусть и выбора- то не было, а всё одно – стыдно до смерти и больно. Он никогда не обвинял ни в чём, всегда поддерживает, говорит, что не жалеет…Может и так, да только как же тяжко осознавать, что твой дорогой ребенок страдает из- за тебя…

Давай еще по одной…Ну вот, сейчас…"

"В общем, дело такое. Забрал детей дед их, трактирщик Альбрехт Хансен. Трактир и гостиница у него в городе, «Три кабана». Заведение прибыльное, дом справный, денег немеряно. Сам он вдовый давно, мать ребятишек была единственной дочерью, так что внуки – наследники прямые, другой родни у старика нету…

Через то богатство и пошла беда. Кирстен, дочка его любимая, была красавицей, но редкой стервой, упокой господи ее душу! Избалованная, себялюбивая, подлая и распутная, к тому же. А папенька ей во всем потакал, что б его черти драли!

Мы с Эйнаром приехали сюда десять лет назад из Кёпенхейгена, когда муж мой умер, а родне его мы никогда не нравились, вот и выгнали нас. Я уже в годах была, надоело по чужим углам скитаться. Ларса как- то в порту случайно встретила, он и сказал, что дом этот пустой стоит после смерти отца, приезжай и живи.