Хозяйка Мозеби (СИ)

Выглядел варяжский гость внушительно: выше немаленького Хольгера, при этом сбитый, крепкий, и двигается, что мои охранники в минуты бдения, по- военному – четко, без суеты и, в то же время, текуче как- то, словно зверь дикий.

Очень интересная внешность: седой длинноволосый блондин, морщинки у глаз, в уголках губ, кончик носа чуть загнут книзу, аккуратная седая же щетина вокруг губ и на подбородке – к месту и к лицу. А глаза, несмотря на возраст – синие- синие! В молодости, видно, не мало сердец разбил, а так – потрепало мужика: в глубине очей застыла то ли боль, то ли тоска. Кого- то напомнил из актеров, не наших, точно, но кого?"

"Одет как остальные – в светское платье, но чувствуется – не нравится официоз, что для посла – нонсенс. Заметил, видимо, что- то в выражении моего лица, и заговорил после представления сам, приведя меня с места в карьер в легкий шок.

- Кристиан предупреждал, да и Хольгер хвалил Ваш ум, виконтесса. Вижу, слова их правдивы, Вы весьма необычная женщина, сразу определили, что я предпочитаю одежду попроще, уж не говоря о том, что мне поведал раньше и показал сейчас граф… – ярл чуть шевельнул губами в полуулыбке, а я удержала рот закрытым ценой неимоверных усилий. Кристиан?

- Да, именно, барон Брагау много о Вас рассказывал, когда мы с ним познакомились в Москве. Просил передать Вам привет, пожелания благополучия и процветания…

- Благодарю, …герр Сигурд – промямлила в ответ. Привет передает, значит? Ну, спасибо.

- Кристиан и привел меня сюда, по сути. Я купил его поместье неподалеку, Курцелитзее, знаете? Так что, будем соседями, уважаемая фру Нинель... – явно отслеживая мою реакцию, сообщил гость.

- Буду рада такому соседу. Простите за любопытство, а как и…– не договорила, а мужики, то есть, граф и ярл, тихонько рассмеялись.

- А ты переживал! – вступил в беседу граф. – Дорогая моя Нинель, прости, что вот так, без уведомления и с хвостом –он подмигнул ярлу – но, понимаешь, так получилось. Сигги, ой, прости, друг, ярл Сольберг явился ко мне, попросил помочь с бумагами, я вызвал Пауля, он спросил, когда едем, ну и – слово за слово…Ты не сердишься? – герр Хольгер поцеловал мне ручку и посмотрел глазками кота Шрека.

Что толку злиться? С мужиками у нас установились взаимовыгодные, где- то даже – близкородственные отношения: и поверенного, и опекуна я воспринимала как дядей, а баронета – не братом, но очень хорошим приятелем. Они наезжали в Мозеби весной и осенью, рыбачили и охотились, мы много разговаривали, смеялись, отдыхали. Ну, как родня гостила. Я привыкла.

- Граф, так и быть, прощаю. Я сегодня добрая – чуть подыграла опекуну, хотя на душе было…Вроде и отпустила барона, а, подишь- ты, обида царапнула.