Хозяйка старого дома, или Жена поневоле (СИ)

– Ренгель, я тебе запрещаю отныне ходить на охоту, – шептала, прислонившись лбом к его лбу, мои руки гладили непослушные волосы. – Что ты наделал, так пострадал. Рен, как же мы без тебя? Что ты наделал, – всхлип сорвался с губ.

Нервы стали совсем ни к чёрту в этом магическом мире.

– Лили, не плачь, – шептал он, пальцем смахивая слезу. – Мне уже лучше, драгоценная моя. Спасибо, что ты вышла за меня замуж. Наклонись пониже.

Я думала, что ему трудно говорить и он хочет что-то прошептать, но неожиданно почувствовала горячие губы на своей влажной щеке.

– Нашёл место и время, – смутилась, но с улыбкой посмотрела на оживающего на глазах мужа.

– Разве я мог упустить хоть одну слезинку? Им нельзя падать на землю, когда я испытываю жажду.

Мои глаза расширились. Что я сейчас слышу? Ренгель со мной заигрывает?

– На лице вены становятся светлее, – шептали мои губы, пока пальцы выводили узоры на тёмной коже. Почему я себя так странно веду? Оказываю невербальные знаки внимания, ловлю его взгляд. – Рен, пока тебя не было, случилось несколько вещей, приедем домой – расскажу.

– А вот и я, можно ехать, – в дом вошёл тот же мужчина. – Думаете, почему так быстро? Соседа своего остановил, он как раз с сеном возвращался, подвезёт. Мне нести его на руках? – понизив голос, спросил тот, думая, что охотник всё ещё в отключке.

– Не нужно меня нести, сам доковыляю, поддержи только, – произнёс Рен, выглядывая из-за меня.

Расплатившись с доктором, который так и стоял на улице, аккуратно усадили, а потом и уложили Ренгеля на сено.

Мужчина дождался, когда мы усядемся, и тронул осла с места.

У ворот стояли Свон и Орлан. Увидев Рена, они развили бурную деятельность, один побежал в дом проверять, свободен ли путь до кровати, второй отправился греть воду.

– Спасибо вам огромное, – стоило мужчинам помочь довести мужа до кровати, как я тут же попыталась расплатиться, вынув самые мелкие монетки. Извозчик взял, а вот мужчина, что пришёл с охоты, наотрез отказался, сказав, что в неоплатном долгу перед Реном.

На эмоциях я пригласила его со всей семьёй к нам в гости на ужин, как только Ренгель поправится. Тот с радостью согласился, сказав, где живёт, чтобы мои братья заранее предупредили его о дне прихода, обещал быть с семьёй и подарками, чем меня ещё раз удивил.

– Лилиан, руки ужасно чешутся, – Рен, увидев меня с тазом воды, попытался снять бинты.

– Подожди, из-за кристалла заживают. Не снимай хотя бы сегодня, если не утерпишь, то до крови расчешешь. Давай оботру, – попыталась поднять рубаху, но он меня остановил.

– Хорошо, но только если поцелуешь меня в щёку, – не отводя глаз, попросил явно выздоравливающий муж. Пришлось сдаться.