Хозяйка брачного агентства или Попаданка в поисках любви

И она хорошо показала себя на всех тестовых вариантах, поэтому я взял на себя смелость…

— Так каков результат? — потерял терпение я.

— Высший демон, — наконец, выдал Дремсет, указывая на красные кружки. — Вот эти точки — парки и отделение полиции, самый старый след здесь, на улице торгового квартала."

"— Это невозможно, технология вызова высших демонов давно утеряна, даже у нас в управлении таких книг не сохранилось. Да вообще идут споры, можно ли их удержать и поработить! Они ведь способны перемещаться из мира в мир свободно по собственной воли, там такая энергетическая мощь нужна… — задохнулся я, пытаясь вообразить, как подобное можно было бы провернуть. И что делать с человеком, способным на это преступление.

— И тем не менее. Мне даже удалось засечь следы демонической магии. То есть демон не только был в нашем мире, но и колдовал.

— Что он делал? — холодея, спросил я.

— Отвод глаз.

— Отвод глаз?! В исполнении высшего демона?! — не укладывалось в голове.

— Наверное, он не хотел, чтобы его заметили, — развел руками Дремсет.

— В это никто не поверит.

— Поэтому я решил рассказать только вам, — доверительно добавил ученый и деловито принялся сворачивать в трубочку карту.

Мой взгляд застыл на красных точках и датах, на ней нарисованных. В голове не укладывается, но, если это правда… две из трех красные точки, в отличии от желтых, были сосредоточены в одном районе: отделение полиции, парк неподалеку от пансиона…

Да ну, бред.

Глава 116

Джонатан

Дремсет лазил по сугробам, опуская на глаза набор то одних, то других линз, доставая из карманов разные артефакты и измеряя десятки параметров. Периодически он подбегал ко мне, просил что-то подержать, потом возвращался, выхватывал этот предмет, записывал в книжку непонятные вычисления.

— Так что ты думаешь? — не выдержал я в очередной раз, но демонолог только отмахнулся, продолжая едва ли не на четвереньках исследовать тротуар на одной из небольших улиц торгового района. — Хоть что-то получается вообще?

Дремсет зашипел на меня рассерженным котом и отмахнулся, продолжая рисовать в тетради какие-то странные схемы и периодически кусая кончик карандаша. Тот весь раскрошился, а в центре губ ученого красовалось темное пятно, потому что он периодически облизывал и стержень, чтобы тот лучше писал. Редкие прохожие косились на нас с удивлением и испугом, многие переходили на другую сторону дороги, а те, что решались пройти мимо, получали порцию злобного пыхтения от Дремсета, будто они могли затоптать какие-то следы, которым был уже не один месяц.

— Здесь, — наконец, ткнул ученый в совершенно ничем не отличающуюся точку на тротуаре и вытащил из кармана какое-то светящееся даже при свете дня зеленое зелье.