Рабыня ищет хозяина, любовь не предлагать

Первое дело было замаскировано под самоубийство — предполагалось, что девушка выбросилась из окна, порезы, найденные на ее руках, считались ранами от осколков разбившегося окна. Вторую сочли жертвой домашнего насилия, ее муж осужден за ее убийство и сидит сейчас в тюрьме. Но на ее теле так же был один из символов созвездий, а порезы на руках, которые приняли за защитные раны, весьма похожи на руны. К сожалению, ни фотографий, ни рисунков их не сохранилось, следствие велось… не слишком качественно… — он поморщился и замолчал.

— То есть, для ритуала подходят любые женщины, не только проститутки, никто не может чувствовать себя в безопасности? — тихо спросила я.

Эрик хмуро кивнул:

— И наша версия, что он охотится только в бедных районах, тоже ошибочна. Остальные случаи произошли в других местах. Вероятно, мы не нашли еще одно тело, но это не меняет главного. Теперь я знаю точно день, когда будет совершено следующее убийство, но совершенно неизвестно, где оно произойдет. На все улицы города невозможно выставить по полицейскому, даже если задействовать весь штат, включая отдыхающих и больных. Да этого никто и не позволит сделать. Можно было бы оповестить жителей, что в эти даты нужно быть осторожными и не ходить по улицам в одиночестве, но случится паника, быть может, и бунт. Особенно если сообщить, что никто не в безопасности, что угроза висит не только над проститутками, но и над любыми женщинами.

— И когда тот самый день? — тихо спросила я.

— Ночь с двадцать второго на двадцать третье ноября, — усмехнулся Эрик мрачно. — Быть может, хоть ты не будешь в это время бродить по улицам города? — я улыбнулась, поняв, что он оттаял и вновь перешел на «ты».

— О, нет, я-то как раз пройдусь на всякий случай, по своему району, — хмыкнула я. — Может, кто-то из моих учеников тоже решит присоединиться. Рунологи способны на многое, но против боевого мага им не выстоять.

Эрик глянул на меня и усмехнулся:

— Тогда я вынужден буду просить об одолжении.

— Каком?

— Разреши присоединиться, чтобы я мог не волноваться за твою жизнь.

— Разрешаю, — кивнула с пафосной миной, как это обычно делала мисс Расмусон, но, не выдержав, рассмеялась. Эрик захохотал со мной вместе.

— Приехали, — наконец, заявил он, притормаживая.

Я удивленно огляделась. Это была одна из «модных» улиц города, где находились магазины готового платья и аксессуаров для состоятельных господ, а также ателье, где шили на заказ.

— Это обязательно? — усомнилась я, когда Эрик завел меня в один из магазинов. Здесь были расставлены манекены в длинных платьях и тех ужасных широкополых шляпах, вся одежда была очень широкой с летящими рукавами и украшенной рюшами, лентами и кружевом, то есть совершенно неудобной и непрактичной.