Хозяин Стужи

В прошлом мире я не был монахом и всегда любил красивых женщин, в новом теле я также не собирался отказываться от компании прелестниц. Вокруг нас грохотала музыка, алкоголь лился рекой, а я чувствовал, как напряжение после переселения в новое тело потихоньку меня отпускает. Всё же не каждый день ты умираешь в одном мире и рождаешься в другом, не каждый.

* * *Университет. Кабинет ректора.

Владимир Владимирович листал личное дело студента Бестужева и пытался понять, что такого случилось, что этот парень так сильно изменился. Почти год он держался в тени, старался не вступать в конфликты, общался только с Васильчиковым и был самым обычным студентом. Ректор даже запросил заключение лекарей, ну не верил он в то, что после одного удара по голове человек может так сильно измениться. Владимир Владимирович тяжело вздохнул и, набрав номер Скуратова, вызвал его к себе, а через пять минут безопасник уже был в кабинете.

— Вот скажи мне, Саша, тебе удалось что-нибудь нового узнать о Бестужеве? — ректор сцепил руки в замок.

— Так точно, ваша светлость, — Скуратов кивнул, — сегодня утром наш парень имел разговор с бароном Алмазовым. К счастью, разговор не перешел в горячую фазу, а всё благодаря вмешательству ИСБ, — безопасник поморщился.

— Не морщись, твой отец знает свое дело, — ректор усмехнулся, — и чем же наш студент мог заинтересовать имперскую службу безопасности? Или опричники решили копать под мой университет? — после этих слов воздух в кабинете сгустился.

— Нет, князь, просто наш пострел везде поспел, — Скуратов усмехнулся, — оказывается, у нашего студента есть тайное увлечение, он любит бандитов убивать, а потом сдавать оставшихся в живых в полицию.

— Неужели в нем проснулась кровь прадеда? — тихо пробормотал себе под нос Романов.

Владимир Николаевич прекрасно помнил последнего графа Бестужева, пусть он и был молод тогда. Иван Бестужев не был человеком, это была глыба льда, способная снести всех на своем пути. Когда тот умер, многие в империи выдохнули, пусть и не говорили об этом открыто. И вот теперь последний Бестужев показывает такие же черты характера, как у своих знаменитых предков. Интересно, очень интересно. Рано или поздно об этом узнают, и парня захотят убрать.

— Так, Саша, слушай меня внимательно, — Владимир Владимирович нахмурился, — с завтрашнего дня берешь под свое наблюдение парня. Надо не допустить его смерть, ты меня понял?

— Понял, князь, — Скуратов кивнул, — приставлю к нему парочку своих ребят. Но от чего-то серьезного они его не спасут, предупреждаю сразу.

— От серьезной атаки его никто не спасет, — Романов усмехнулся, — ладно, Саша, свободен.

* * *Особняк. Вечер.