Хозяин

– Такая нежная кожа, такая покорная девочка. Хочешь пойти с дядей Османом, он тебя не обидит, ну разве что немного. Такие пухлые губки, хочешь почувствовать на них мою сперму?

Мужчина смеется, голос эхом разносится по гостиной, у меня закладывает уши, сжимаю челюсти до боли, медленно перевожу взгляд в сторону.

А меня прошибает током.

Он смотрит.

Тяжело.

Уничтожая взглядом.

Он словно видит меня впервые, и плевать на то, что буде.

Мне некуда бежать и некого просить о помощи и сейчас то, что будет со мной, зависит только от него.

От хозяина.

Во всех смыслах этого слова.

Глава 18

– Я хочу уйти.

Темный коридор, плохо вижу выражение лица Луизы Азизовны, но чувствую ее эмоции, которые как бомба замедленного действия – сейчас только тикает, но скоро рванет.

– Что значит уйти?

– Уйти совсем из этого дома, мне не нужна работа.

До боли сжимаю пальцы, а у самой все нутро выворачивает, практически ломая кости. Я не хочу переживать еще раз эмоционально то, что происходило в гостиной. Двое мужчин, которым все можно, они имеют власть и безграничную вседозволенность. И если бы они что-то захотели со мной сделать, то сделали бы, и никто, никто бы в этом огромном и мрачном доме не пришел на помощь.

– Так ты дашь мне поиграть эту милую девочку, брат?

Пальцы мужчины, который называет хозяина «братом», касаются губ, на инстинктах отворачиваюсь, но он так быстро хватаем меня на волосы, резкая боль, дыхание на коже. Мужчина высокий, приходится встать на носки, не знаю, куда спрятаться от его взгляда. Так смотрят животные, с одной целью – поиграть и разорвать.

– Да ты еще и строптивая? Мне нравятся временами такие, бывает нескучно, особенно делать из них покорных шлюх.

Не могу сказать и слова, все, что бы я сейчас ни сделала, вернется в десятикратном размере, мне не надо предполагать, я знаю это. Но попытку сделать стоит.

– Отпустите, хриплый шепот, спина мокрая от пота, в висках стучит пульс.

– Что ты сказала?

– Отпустите меня, пожалуйста, – стараюсь выровнять дыхание, на секунду прикрываю глаза. – Я не шлюха, я горничная.

– Какая разговорчивая девочка, – вторая рука мужчины прижимает меня к себе, задирает подол платья, ладони скользят по ягодицам, бесцеремонно сжимая их.

Достаточно одного слова хозяина или просто его молчания – и меня сейчас разложат на этом диване, полу или столе, а потом выкинут как использованную вещь. Мозг отказывается воспринимать происходящее всерьез, я посчитала, что мне уже хватит приключений, но нет, все как сговорились, так и хотят меня унизить.

– Отпусти ее.

Голос спокойный, и мое сердце начинает учащенно биться от волнения.

– Что, брат?

– Убери от нее руки. В этом доме никто не будет трахать мой персонал.