Хозяин

Полумрак, пахнет чем-то горелым, но кажется, это от меня, внутри все выжжено дотла и пустота.

Разулась, прошла до комнаты отца, его нет, вот и хорошо, не хочу сейчас никого видеть."

"В ванне, заткнув слив, открыла кран, смотрела несколько минут на то, как течет вода, просто сидя на бортике. Но потом встала, начала раздеваться, лишь бросив ветровку и футболку к ногам, посмотрела на свое отражение.

Бледная кожа, на шее и груди синяки, четкие отпечатки пальцев. Он трогал требовательно, без ласки, изучая мое тело ощупывая. Прикусила сухие искусанные губы, зажав рот ладонью, сунулась к раковине, глуша всхлип и вой, что вырывался наружу.

Господи, да почему же так больно?

Ведь ничего, в сущности, ужасного не случилось, я жива, дышу, я дома, и я далеко не нежная особа, воспитанная в тепличных условиях. Я много что видела и уже с четырнадцати лет знаю эту жизнь и ее изнанку. Но сердце рвется на части, мне словно вывернули душу наизнанку, вытерли ноги и, даже не отряхнув, бросили в угол.

Сняла остальную одежду, забралась в ванну, от воды идет пар, а я не могу согреться. Вытираю слезы, опускаюсь на дно, сквозь толщу воды смотрю на облупившейся потолок, зажмуриваюсь, снова открываю глаза. До последнего задерживаю дыхание, а когда легкие уже начинает печь, выныриваю.

– Возьми его в рот.

– Что?

– Мне повторять каждое слово?

Действовала больше на инстинктах, чисто физически и представляя этот процесс. Провела по члену пальцами, придвинулась ближе, обхватив рукой, сжала, провела несколько раз. Мужчина смотрел сверху вниз, а его половой орган увеличивался в руке, становясь больше. Много растительности, черные волосы с лобка идут дорожкой до самого пупка.

– Ну? – тихий, но твердый приказ. – Я не люблю ждать.

Если бы это была другая ситуация, иные обстоятельства, мой любимый молодой человек, то, естественно, мое поведение было бы другим.

Коснулась губами, зажмурилась, легкий солоноватый привкус, я проталкиваю его глубже, шире открыв рот, задерживая дыхание. А потом ему надоело ждать, схватив меня за волосы, стал входить слишком резко, до самой гортани, не давая сдвинуться с места.

Он насиловал мой рот, разрывая на части, перекрывая кислород. Член стал огромным, он не мог войти в меня полностью физически, а он все продолжал это делать. Слюна капала с подбородка, я хрипела, издавая булькающие звуки, упиралась в его бедра руками. Но мужчина даже не заметил моего вялого в сравнении с его силой сопротивления.

Мне тогда казалось, что все продолжается вечность, потому что пальцы ломило от боли. А когда он наконец вынул из моего рта член, больно схватив за волосы, заставил посмотреть на себя, я чуть не упала на пол.

– Ты плохая сосалка, знаешь об этом? – ничего не ответила, чувствуя, как по щекам текут горячие слезы.