Хозяин моего сердца

— Что же делать? — растерянно спросила она, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Делай что велено, выбора у таких, как мы, все одно нет. Не будешь повиноваться — запорют, или еще что страшное сотворят, а так, глядишь, пару десятков циклов протянешь, — невесело усмехнулась ее собеседница.

— Пару десятков? — ахнула Ди.

— А ты думаешь, сколько мне лциклов? — работница приосанилась.

— Ну, пятьдесят? — неуверенно пробормотала девушка. Она польстила женщина, потому что седые нечесаные пряди и глубокие морщины на лице, говорили о куда большем возрасте."

"— Мне тридцать семь, — снова усмехнулась собеседница и каркающее засмеялась. Двадцать циклов рабства, а когда-то я не хуже тебя была, тоже красавица. Да ты не бойся, завтра же вас продадут. Пройдоха Ган похотлив и жаден, быстро вас пристроит какому-нибудь аристократу, кто больше даст.

— Продаст?

— А ты хотела остаться тут, чтобы сдохнуть через пару месяцев? Здесь никто больше цикла не выдерживает! Ладно, хватит трепа, работа не ждет, иначе жирное чудовище придумает изощренное наказание.

Денни с ужасом посмотрел на Диану. Девушка и сама прибывала не в лучшем состоянии. Продать? Опять? Даже сычи на Седне сейчас ее пугали меньше, чем возможное будущее на Ликерии. Она взяла ковш с остатками воды и напилась, потом набрала еще воды и напоила брата.

Рабочий процесс растянулся на несколько часов. Время от времени кто-то из работниц падал или начинал взахлеб кашлять. В такие моменты Диана прижимала к себе Денни и закрывала ему уши, чтобы мальчик не видел этого ужаса. Хотя, разве такое скроешь. От ядовитой смеси слезились глаза, все время хотелось пить, а во рту поселилась горечь. Есть хотелось неимоверно, но Ди упорно перекладывала и перекладывала белье, разбрызгивая жидкость из пузырька.

— Ничего, — попыталась подбодрить ее недавняя собеседница. — Еще пара часов и смена закончится. А там и поесть дадут. На сытый желудок жизнь всегда кажется лучше.

Через несколько минут чувство голода притупилось. Диану затошнило, очень закружилась голова. Она пошатнулась и едва не упала, чудом уцепившись руками за стол, который покачнулся от этого, и несколько стопок дорогого белья упали на грязный насыпной пол.

— Кто это у нас тут такой неповоротливый? — тут же раздался рядом голос мастера Гана.

Диана хотела извиниться, но тошнота оказалась настолько сильной, что спазмы сдавили горло. Она могла лишь судорожно вдыхать воздух, схватившись за горло.

— Новенькая! Ты не справилась даже с самой простой работой! — заорал толстяк. — Ты знаешь, сколько стоит это белье? Столько, сколько не стоите вы вместе со щенком!

Мастер Ган размахнулся и со всей силы ударил Диану по лицу. Девушка, потеряв равновесие, упала на пол.

— Вставай, дрянь! — орал распорядитель.