Хозяин моего сердца

Денни огляделся и увидел Шустрика у бассейна. Зверек забился под кресло. Мальчик пересек комнату и взял его на руки.

— Не бойся, я не дам тебя в обиду! — сказал ребенок, не смотря на то, что сейчас его сердце билось так же испуганно, как и сердце кролика.

Вошел распорядитель Тян, а за ним слуги, которые несли подносы с едой. Вкусные ароматы тут же наполнили покои и легкие мальчика, вызывая у него обильное слюноотделение. Полдень уже давно миновал, а у Денни с самого завтрака во рту не было ни крошки. Предвкушая вкусный обед, ребенок отвлекся и успокоился. Тайрону он доверял, саорг не даст в обиду ни его, ни сестру. Потирая ладошки, мальчик сел за стол и потянулся к одному из блюд.

— Не спеши, юный господин! — одернул его Тян.

— Никакой я не господин! — буркнул ребенок. — Зовите меня Денни.

Ликериец снова улыбнулся, на этот раз более приветливо. На секунду, на его лице промелькнуло удивленное выражение. За все время своей службы во дворце Тян не встречал никого, кто бы не хотел возвыситься над другими. Надо же, а мальчишке не понравилось уважительное обращение. Странные эти седнианцы. Распорядитель обернулся к одному из слуг, и вперед вышел тощий мужчина, одетый в черный костюм с кружевными манжетами.

— Денни, — Тян указал на слугу и представил: — это Троил, один из лучших императорских дегустаторов. Он будет пробовать твою еду прежде, чем ты ее съешь.

— Зачем? — искренне удивился мальчик. Ему не хотелось, чтобы посторонний человек ковырялся в его тарелке.

— На тот случай, если твоя еда отравлена, — ответил распорядитель и закатил глаза, сетуя на неразумность ребенка. — Мне пока еще слишком дорога моя голова!

Денни опешил. Еще дома, в деревне, он однажды видел, как умирала соседская собака. Мальчик помнил ее еще щенком и часто играл с ней. Она была молода, но сейчас почему-то не бегала, виляя хвостом, как бывало, а лежала на земле, вздрагивала и дергала лапами. Из раскрытой пасти хлопьями вылетала пена. Глаза животного закатились, и, казалось, каждый вздох давался с трудом. Собака захрипела, из последних сил попыталась встать на лапы, но тут же рухнула обратно. И тогда она открыла глаза и посмотрела на собравшихся людей, словно прощаясь с этим миром. Денни хорошо помнил, сколько боли и страдания было в том взгляде. Это продолжалось несколько мгновений, а потом животное застыло, обмякло, испустив последний вздох.

Мама стояла рядом и шептала ему, чтобы он не смотрел туда, но мальчик не мог отвести глаз. По щекам катились слезы, попадая на губы. Он чувствовал их солоноватый вкус и жалел несчастное животное. Соседки причитали, говорили, что животное отравили, кого-то обвиняли… А Денни думал лишь о последнем взгляде животного, почти ничего не замечая вокруг.

Это единственное, что он знал про отравление.