Хозяин горы (СИ)

Стараясь не делать резких движений, медведь приподнял девушку над землей, насаживая её на свой торс, и давая почувствовать всю длину, глубину и силу его желания, которое шло не от инстинктов, а от любви.

Он прислушивался к тому, что почувствовала в этот момент девушка, чьи раскрытые бедра теперь были прижаты к его торсу, и с радостью понял, что страха в ней не было. Как и отчуждения.

А значит, у них всё обязательно получится!

Даже в лоне природы без удобств и кровати!

На самом деле, если бы Майя могла заглянуть в голову берсерка, то увидела бы, что он хотел её всегда, везде, в любом положении и состоянии - спящей, гуляющей, готовящей - и совершено в любом месте, хоть на потолке!"

"А еще медведь точно знал, что они будут заниматься любовью во многих неожиданных местах для девушки, например как сегодня. И сейчас.

Он старался не спугнуть смелость девушки, с которой она отвечала, хоть и не слишком бурно, но зато по-настоящему.

Вот только сдерживаться с каждой минутой становилось всё сложнее и сложнее, потому что страсть требовала своё.

И требовало так, что мужчина не заметил, как зарычал.

Это было от нетерпения.

Потому что хотелось всё и сразу.

К счастью, Майя не испугалась. Даже не отпрянула. Только чуть оторвалась губами от его жадных губ и выдохнула:

- Всё в порядке?

- Всё просто супер!

Девушка даже чуть улыбнулась на его басистое и довольное урчание, а в душе медведя расцвело такое жаркое и благоухающее лето, что если бы его спросили вряд ли он бы смог подобрать слова.

Он просто было счастлив в этот момент.

Очень.

Даже если с его другом всё было не просто, а в жизни были трудности, которые нужно было решить.

Счастлив от того, что его любимая сделала еще один малюсенький, но такой весомый шаг по направлению к нему.

Майя не знала, насколько он открыт перед ней. Как распахнута его преданная горячая душа.

В неё можно было бы окунуться, словно в мировой океан, и невозможно было бы достичь дна.

Буран знал, что всё идет, как нужно. Всё идет верным путём. Нужно только еще немного времени, чтобы она узнала его получше в родных и привычных условиях, и увидела его во всей красе - дикого, но послушного; воинственного, но домашнего.

И принадлежащего ей одной.

Буран стал двигаться первым.

Сначала сжал ягодицы девушки, глухо выдохнув, потому что ему сейчас было очень тяжело не натворить глупостей. Особенно это было тяжело, потому что Майя выдохнула в унисон с ним, прикрыв ресницы, оттого что ей было приятно, даже если было немного больно.

Просто настолько правдиво и неистово её никто никогда не хотел.

И это ощущение обескураживало и делало дыхание сбивчивым и томным.

Медведь смотрел на неё так, словно мир перестанет существовать, если она пропадет.