Хождение под мухой

Поэтому на профессиональной почве мы не общаемся. Соня, очевидно, догадывается о моих мыслях, поэтому, встречаясь, мы просто пьем кофе и болтаем о пустяках. Во всяком случае, на работу я заявилась к ней впервые.

Увидев меня, Соня вскинула брови:

– Надеюсь, ничего серьезного?

– Скажи, как можно передать покойнику посылку?

Подруга не удивилась идиотскому вопросу и задала свой:

– Что попросил?

– Такое часто случается? – оторопела я.

– Достаточно, – кивнула ясновидящая, – похоронят, предположим, женщину в зеленом платке, а покойная хотела синий, вот и просит.

– Как?

– Сниться начинает и говорит о своем желании.

– А если не обратить внимание?

– Замучает, грозить начнет, безобразничать, лучше побыстрей отделаться.

– Но как?

– Просто. Найди дом, где должны состояться похороны, и положи в ноги покойнику «посылочку».

– Бред! Идиотство! – вскипела я.

Соня развела руками:

– Прости, но так всегда поступают.

– Кретинство!

Белова хмыкнула:

– Когда Попов изобрел радио, его объявили шарлатаном. Какие такие волны в воздухе? Раз не видим, значит, их нет! Поверь, Лампа, параллельно с нашим, материальным миром существует другой, незримый, но тоже реальный.

Но мне было некогда выслушивать идиотизмы, я быстрее гепарда неслась к выходу. Письма, обгорелая обувь и одежда, нет, это работа не духов, тут постарался человек, и я обязательно найду гадкого шутника.

ГЛАВА 4

Вечером в доме стояла почти тишина. Дети, получившие на ужин баранью ногу, нашпигованную чесноком и морковью, съели столько вкусного мяса, что у них совершенно не хватило сил на хулиганство. Я забилась под одеяло и принялась так и эдак прокручивать в голове события последних дней.

Кто-то пытается убедить Надюшу, что Богдан шлет ей с того света вести. Ну и ну. Звонки по телефону… И как только подруга не сообразила, что ее дурят? Ладно я, с Богданом не общалась, голос его по телефону не слышала практически никогда. Но жена! Хотя, если вспомнить писки и треск, несущиеся из трубки… Да и слова долетали словно с другой планеты.

Странно другое. Когда на девяти днях я случайно схватилась за трубку, незнакомец принял меня за Надю. Конечно, у нас, как у многих женщин, похожие голоса, в том смысле, что они не мужские. Неужели муж мог забыть сопрано супруги! Ну и чушь мне лезет в голову! Богдан давно мертв, номер набирал мерзкий шутник, ненавидящий Надю. За что?

Я не дружила тесно с Киселевой, вернее, никогда не была ее лучшей подругой, но в гости к Наде ходила довольно часто. Надюша – светлый человек, охотно помогающий людям. Она хороший педиатр и всегда пользует детей знакомых, не беря за это ни копейки. Богдан был более жестким, настоящий бизнесмен от медицины. Вот он всегда настаивал на оплате услуг. Дружба дружбой, а денежки врозь.