Хождение под мухой

– Что ты делаешь?

Мужик вздрогнул и затравленно ответил:

– Вот, не лезет никак!

– И не влезет, – приободрила я его, – виданное ли дело, коврик-то пять на шесть. Вообще, зачем ты решил наш палас утащить? Он уже не новый.

– Шутишь все, – буркнул Лева, – Капа велела во двор вынести.

– Ночью?

– Почистить приказала снегом, все растает скоро, а коврик грязный. Помоги мне его впихнуть.

Мы принялись вдвоем вталкивать гигантский рулон в лифт, но совершенно безрезультатно. Промучившись минут пять, я предложила:

– Давай вытащим и скажем Капе, что трюк невозможен.

Обрадованный Лева кивнул. Мы положили палас на пол, открыли дверь и наткнулись на Капу с пылесосом.

– Уже освежил? – удивилась она.

– Он не влезает в лифт, – сказали мы с Левой хором.

– Ну и что? – удивилась Капа.

– Назад несем.

– Такую грязь на свежевымытые полы? – возмутилась Капитолина. – Тащите во двор и от души поработайте вениками, лентяи! – Но он в лифт не входит!

– На руках спускайте, пешком. Разве трудно? Лева за один край, ты, Лампа, за другой и вперед, с песней.

Вы пробовали спорить с катком, разравнивающим свежий асфальт? Вот и я не решилась пререкаться с разъяренной Капой. Мы с Левой покорно потащили неподъемный палас вниз. Где-то через пять минут я, шедшая сзади, услышала характерные звуки, цок, цок, шлеп… Цок, цок, шлеп.

– Погоди, Лева!

Мужик покорно замер, мы обернулись. По ступенькам меланхолично топала Люся, очевидно, решившая прогуляться.

– Постой-ка тут, – попросила я, – отведу вараниху домой.

– Да фиг с ней, – вздохнул Лева, – пусть лишний раз выйдет. Она тебе мешает?

– Нет, конечно.

– А мне тем более.

И мы продолжили путь, сопровождаемые ящерицей. На пятом этаже я поняла, что у меня сейчас оторвутся руки, на четвертом спина превратилась в сплошную боль, на третьем Лева со вздохом сообщил:

– Извини, больше не могу, все, конец.

– Я тоже не способна передвигаться.

– И что делать?

– Давай бросим его тут, и дело с концом, – смалодушничала я.

– Не получится, – горестно сказал Лева, – не надо нам было его вообще из квартиры выносить. Подумаешь, грязный! Задернуть шторы, и не видно ничего. Слишком уж Капа аккуратная.

Мы сели на палас и закурили. Вдруг Лева подскочил.

– Во!

– Что? – удивилась я.

– Гениальная идея!

– Какая?

– Видишь мусоропровод?

– Ну и что?

– Сейчас впихнем в него паласик, сам вниз и свалится!

– Здорово, – заорала я, – чтоб тебе раньше додуматься – сколько мучились?

Сказано – сделано. Сначала мы сняли огромный железный ковш, куда полагается высыпать мусор. Потом, без особых трудностей впихнули в зияющее отверстие ковер.

– Ну как? – спросила я, вытирая потный лоб. – Едет?

– Нет, – пробормотал Лева, – застрял. Сейчас я его подтолкну.

Пару раз он пихнул палас, но без результата.