Хо`шен императора

А пульсар вещи пожег и в копоти испачкал. Девица ревела и грязь по лицу размазывала, как маленькая.

– А по какому праву вы чужому имуществу урон хотели нанести? – поинтересовался Иван у женщины.

Та уже рот раскрыла, чтобы огрызнуться, да муженек в бок пихнул, чтобы замолчала.

– Так ведь обещано было, что желание исполнится, – елейным голосом ответил купец.

– Кем обещано, уважаемый? – Ванька изумленно вздернул бровь.

– Так ведь вами, ваше сиятельство.

Князь слово в слово повторил, что сказал об артефакте, и уточнил, какая именно фраза говорит об обещаниях. Мужичку не нашлось, что ответить. Затем Иван спросил у девушки, выполнила ли она условия, рассказала о хороших поступках? Девица надолго задумалась, а после с радостью вскрикнула:

– Вспомнила! Параське отец приказал тридцать плетей всыпать, а я заступилась, и ей пять досталось.

– А за что?

– Эта неуклюжая корова поднос с чайным сервизом опрокинула. Гостя дорогого чуть не ошпарила и чашки побила, – не моргнув глазом, ответила девица. – Одни убытки от нее, но все же живой человек.

Артефакт на слова купеческой дочки заполыхал бордовым цветом.

– Да ведь не так было! – возмутился молодой человек, выступив из толпы. – Мы с отцом к купцу Мирзову по делам приехали. Агрипина, – кивнул на девицу, – предложила чаю. Его принесла, как я сперва подумал, служанка. Но купчиха сама похвастала, что Прасковья – мужнина дочка от первого брака. Я и решил помочь девушке, поднос тяжелый был. Тогда Агрипина сестре подножку подставила. Бедняжка упала, кипятком ошпарилась. Они сказали, что уже послали за лекарем, в чем я теперь не уверен. Так, несчастную еще и выпороли ни за что?

Народ возмущенно загалдел, заулюлюкал. Купец начал отнекиваться, мол, Тихомиру показалось только, а с его старшей дочерью все в порядке. Артефакт снова красным цветом засиял. За девушкой послали, чтобы убедиться, правду ли купец сказал или обманул. Вызвали и лекаря городского, который якобы лечил ожог. Но тот не вспомнил такой пациентки, а при осмотре обнаружил следы плетей на спине и незажившую рану на ноге, отчего девушка прихрамывала.

– Что же ты, Бажен Кузьмич, над родной дочкой издеваться позволил, в прислугу превратил? А чужая живет в твоем доме припеваючи и козни строит? И ты еще смеешь требовать у князя, которому в глаза врешь? Сколько там плетей Прасковье за порчу сервиза назначил? Тридцать? Вот по тридцать вам и всыплют за попытку порчи моего имущества. Агрипина Баженовна уже пострадала, поэтому проявим к ней снисхождение. – Иван сделал паузу, а девица расслабилась, заулыбалась. – Всыпать Агрипине Мирзовой пять плетей. А за вранье назначаю год исправительных работ. Научитесь вставать рано, приносить пользу обществу и ценить чужой труд.