Хорошая жена

Её движения в этот день были другими - нервные, рваные, она быстро соскочила с мотоцикла, и сразу же ответила на звонок мобильного, долго разговаривала по телефону, расхаживая взад и вперёд по переулку, пока Руслан, спрятавшись за занавеской с улыбкой рассматривал её со второго этажа. Из всего разговора он услышал для себя главное - она кое-куда собирается пойти, одна, а он может смело пойти за ней, место публичное и ему там очень нравится.

*****

Когда Адель нужно было восстановить внутреннее равновесие, она шла в место своей силы - Третьяковскую галерею. Часами бродила по своим любимым залам, сидела на мягких лавочках и смотрела на прекрасные произведения искусства. Впитывая их красоту и величие, она будто наполнялась сама. Давно она здесь не была, а сегодня этот поход стал ей просто необходим, держаться стало всё труднее. Бахтиярова избегала своего супруга и тяжёлых предметов в опасной близости от его головы, руки так и чесались обрушить ему на башку какую-нибудь вазу. Схлопотать срок за убийство было не так обидно, как за мошенничество.

Адель присела напротив суриковской Боярыни Морозовой, которая пострадала за свои идеи и ехала в заключение с гордо поднятой головой, ни на йоту не отступая от своих убеждений. Адель же предстояло сесть не за идеи, а за свою слепую глупость и реальные преступления. Обидно, горько, но справедливо, надо было думать головой, а не смотреть в рот мужу. Будет ей уроком, на всю жизнь.

- Нравилось им, что я казак и не курю...

Адель вздрогнула, выныривая из своих мыслей, и вытаращила глаза на сидящего рядом Руслана. Он смотрел на огромное полотно и слегка улыбался.

- Так Суриков говорил про женщин, которые ему позировали с большим удовольствием. А я вот думаю, что нравилось им не только это...

- По себе судите? - усмехнулась Адель, отворачиваясь от него.

- Мне тоже женщины позируют с удовольствием, до и после, и да, я не курю, даже в постели, хоть и не казак.

Госпожа Бахтиярова не любила болтать попусту да и не умела, она глубоко вдохнула и опять ушла в себя, не обращая внимания на мужчину, который явно её преследовал после того, как подслушал разговор около галереи.

Когда её жажда Суриковым была утолена, Адель поднялась и пошла дальше, по своим любимым залам, в зале Врубеля они с Русланом снова присели рядышком, молча созерцая волшебство вокруг. Они ходили из зала в зал, не делясь впечатлениями, не создавая лишних вибраций в воздухе, но она будто чувствовала, как та или иная картина в нём отдаётся, ей даже показалось, что она вычислила его любимого художника. Когда через три часа молчаливого похода они вышли на улицу, она согласилась на его предложение поужинать, без возражений.