Хорошая девочка

Чтобы разрядить обстановку, я обнимаю маму, шепчу ей, что все будет хорошо, и помогаю избавиться от надоедливой кудряшки, спрятав ту под красивую заколку. Мама делает глубокий вдох, а затем убегает от нас в самую гущу толпы. Мы с Роксаной остаемся у входа в выставочное пространство, где встречаем гостей. В черных строгих платьях, не самых удобных туфлях (все ради искусства) и с бейджиками. Наша работа настолько бесполезна, что ее мог бы выполнять даже стол, на котором лежат программки, что нужно раздать. Просто… стоять. Столы умеют это явно лучше нас. Тем более что никому лишние бумажки не нужны. Сегодня первый, самый важный день, и обычных людей, которые мало что смыслят в искусстве и которым действительно могут понадобиться программки, тут нет. Все сплошь художники, члены Союза дизайнеров России, члены Союзов художников России, члены Союзов дизайнеров и архитекторов, так что…

Обычно мы стоим, улыбаемся и тихо придумываем этим важным персонам смешные хобби или озвучиваем их вероятные мысли, но сегодня Роксана почему-то на взводе.

– Я изучила твою натальную карту! – говорит она мне на ухо, урвав пару секунд наедине.

– Начинается…

И почему эта ерунда никогда не предостерегает саму Оксану, если она так чертовски профессионально в ней разбирается?

– Итак, – подруга снова склоняется ко мне, поприветствовав пожилую пару, – тебе нужно быть готовой к…

– Ага. – Я пропускаю все ее слова мимо ушей и просто соглашаюсь. Соглашаться проще, а не знать свое будущее – прекрасно.

– А еще тебе нужно выручить меня завтра, – будто бы между прочим говорит Оксана.

– И это тебе тоже карты подсказали?

– Ну почти, – отвечает она и улыбается женщине в жемчужных сережках, словно сошедшей с картины Вермеера, разве что без вычурного головного убора. – Меня пригласили на очень крутой фестиваль. Что? Ну он и правда крутой, билетов не достать, их раскупили еще месяц назад.

– Я рада за тебя, – говорю уныло. И не потому, что тоже хочу на крутой фестиваль, а потому, что чувствую – ее слова сулят мне проблемы.

– Но это с ночевкой. Поэтому в понедельник я опоздаю.

– В понедельник контрольная точка по курсовой, – напоминаю я.

– Ага, вот и я о том же. Прикроешь меня? Я буду очень спешить. Честно-честно.

– Зачем тогда ехать, чтобы потом спешить? – Я честно-честно не понимаю логики.

– Потому что такая возможность выпадает раз в жизни!

– А у тебя, кажется, каждый месяц.

Оксана надувает губы, но не отстает. Улыбается шире, хлопает длинными наращенными ресницами, на которые никогда не жалеет денег, предпочитая лишний раз не поесть. Объясняет это тем, что голод полезен для фигуры, но я не знаю чем: она и без того стройная, разве что грудь больше моей, только это ведь плюс.

– Что еще? – догадываюсь по ее выражению лица.

– Эскизы.