Хорошая девочка

Нужно погуглить, наверняка найдутся старые фотографии шестидесятых годов. Я стягиваю пиджак, оставаясь в топике. Но стоит подойти к дороге, как все летит к чертям собачьим. В том числе и бумажный стаканчик.

Снова я, тот самый мотоциклист и лужа.

– ТВОЮ МАТЬ! – успеваю крикнуть и понимаю, что прекрасно знаю этого полудурка, который не умеет водить. – Я УБЬЮ ТЕБЯ, НИКОЛАЙ!

– Меня зовут Ник, Аннабель-Ли, пресвятая Анна, покровительница занудства, – хрипло хохочет он, сдав назад и притормозив как раз напротив.

Я заношу ногу, чтобы пнуть чертов мотоцикл, и даже успеваю это сделать, но Ник дает по газам, и я больно бьюсь пальцем о какую-то металлическую деталь, теряю равновесие и со стоном падаю на колени.

Твою-мать-твою-мать-твою-мать.

Глава 8

«Твою-мать-твою-мать-твою-мать».

Я сижу на ступеньках «Аполло Арт» в мокром грязном костюме и страдаю. Это выше моих сил! Тут же пытаюсь взять себя в руки, постанываю от боли, но уверяю себя, что со всем справлюсь. Я просто очень устала. Я представляла себе, что после долгих месяцев напряженной работы над курсовой получу свой день триумфа, а получила… Голицына и лужу. Стискиваю зубы, пытаясь забыть о том, как больно. Вот сейчас соберусь с силами и пойду на остановку. Сейчас, да, уже встаю. Ну как же палец болит!

Вскрикиваю и падаю обратно. На ногу наступить невозможно. Приехали! Видимо, я здесь и умру, так и не достигнув архитектурных высот. Увы, профессор Аполлонов.

– Анна?

Я вздрагиваю, потому что не понимаю, в голове звучит голос Андрея Григорьевича или наяву. Задираю голову, а надо мной, подсвеченный пробивающимся сквозь тучи солнцем, стоит сам Аполлонов. У него на лбу по-прежнему висит детская заколка, а в руках он держит ноутбук и кофе в простом бумажном стаканчике.

– Поехали, – спокойно говорит он.

– Куда?

– Есть предположение, что в травму.

Чего?

Андрей Григорьевич вручает мне свой ноутбук и помогает встать, придерживая за талию, но я тут же порывисто отодвигаюсь от него и снова едва не заваливаюсь на асфальт. Краснею от стыда, что умудрилась оказаться в такой ситуации, да еще в первый же день практики. Представляю, что лучше доползу на четвереньках до ближайшей остановки и вызову такси, чем окажусь вдвоем в тесном салоне автомобиля с Аполлоновым, но моих возражений он не слышит и молча, к счастью почти меня не касаясь, ведет к своей машине.

К нам тут же подбегает охранник из «Аполло Арт», забирает у меня кофе, сумку, ноутбук Аполлонова и без разговоров грузит все это в салон. А палец тем временем начинает болеть все больше и больше, по мере того как отступает первая волна шока.

– Слушайте, давайте я на такси… – успеваю пробормотать, пока не оказываюсь у пассажирской двери его очень крутой на вид тачки."

"Да, мне больно, но не настолько, чтобы ехать в травму.