Хорошая девочка

– Надо у Дианки запись с компа свистнуть, она там час всего хранится.

– Откуда знаешь?

– У меня свои источники.

О, судя по его заигрывающему тону, я не хочу знать подробности.

– Вот ты ее и отвлекай, а я…

– Ага, не надо умничать…

Он замолкает тотчас, когда мы оба слышим приближающиеся шаги. Я судорожно оглядываюсь по сторонам, но спрятаться нам негде.

– Диан, ты тут будешь? – щебечет кто-то.

– Да, я за бумагой, а что?

– Да надо документы у шефа подписать, сделаешь?

– Ага, оставь на столе.

И опять шаги. Голицын соображает первым, и то, что он делает, мне совсем не нравится: он прижимает меня спиной к стене напротив двери и загораживает собой.

– А-а-а! – визжит Диана, испугавшись движения в темноте. – А-а-а, – теперь уже с облегчением тянет она. – Голицын, это ты? А ты чего тут… ты зажимаешься тут с кем-то?

Ее голос набирает децибелы, и в нем отчетливо слышны недовольные нотки:

– Голицын, твою ж мать, еще десяти утра нет! Или ты опять бумагу воруешь? Да что тебе в твоей кладовке-то не сидится, это наш этаж!

– Что за шум?

Нет-нет-нет… Я молюсь, чтобы это все быстрее закончилось, потому что меня вот-вот хватит удар.

– Игорь Сергеевич? – елейным тоном начинает бормотать она с придыханием. – Да ничего, мусорку кто-то прямо перед дверью поставил. Я споткнулась, чуть ноги не переломала, – отмахивается она почему-то. Зачем ей меня прикрывать?

Или это она Ника защищает?

– Тш-ш-ш, – шипит он.

Мы снова слышим шаги, а потом Ник приоткрывает дверь и высовывается наружу.

– Выходи уже, конспиратор, – велит ему Диана, и я остаюсь внутри одна.

Глава 36"

"Я заперта в кладовке уже сорок минут и, признаться, страшно хочу в туалет. Шеф застрял в кабинете, а Голицын, наврав с три короба, уболтал Диану пойти выпить с ним кофе. Секретарша у Игоря Сергеевича, по всей видимости, не большой фанат работы (или ей нравится Голицын, потому что я вот буквально только что видела ее у кофейного аппарата). В любом случае эти двое уходят, но Диана вместо себя на посту оставляет какую-то Алену, из-за которой я не могу покинуть укрытие.

За время этой игры в прятки Игорь Сергеевич успевает упасть в моих глазах еще ниже. Я еле успеваю запоминать подслушанную информацию. К нему без остановки поступают звонки – один интереснее другого, и, исходя из них, я легко могу сложить общую картину коррумпированной схемы.

Он чертов мошенник и отмывает деньги. Чтоб его!

Игорь Сергеевич закупает плохие материалы, потому что прямо сейчас при мне решал вопрос с поставкой какой-то краски и шпаклевки: он хотел взять подешевле, а в смете отразить ту, что дороже. Он лебезил перед всеми собеседниками и рассказывал, какой Андрей ужасный руководитель. И звучал при этом так, что я сама могла бы поверить каждому слову.