Хорошая адептка — мертвая адептка (СИ)

 — Просто сопоставила их по внешности.

— Собирайся, — проговорила Аурелия после затянувшейся паузы, немного успокоившись.

— Куда? — я демонстративно села на стул.

— В больницу!

— И не подумаю, — вдобавок сложила руки на груди. Я хотела сказать, что с минуты на минуту может появиться Винсент, и лучше мне его дождаться тут, но не успела.

— Ты немедленно пойдешь со мной и извинишься перед несчастным парнем, а также его отцом! — сказала моя родственница тоном, не терпящим возражений. Да что она себе позволяет?!

— Еще чего! — недовольно фыркнула в ответ."

"— Если не сделаешь, как я сказала, то вылетишь из академии. Уж этому я поспособствую, поверь, — в ее голосе послышалась угроза. Тетушка весьма некстати намекнула на свою связь с ректором. Хотя ее слова больно укололи в самое сердце, попыталась предупредить свою родственницу о том, что в комнате мы больше не одни. И, судя по золоту, разлившемуся в глазах у Винсента, ему ужасно не понравилось услышанное. Заметив мое растерянное выражение лица, Аурелия резко обернулась и охнула.

— Позвольте, леди Мистрел, мне самому решать: кого отчислять из академии, а кого — нет, — голос ректора был непривычно холоден и резок.

У меня от него даже мурашки по спине побежали. Да сразу целым муравейником. На скулах Винсента играли желваки, а губы превратились в единую тонкую прямую линию. Похоже, тетушка перешла запретную черту, посягнула на то, что было ему так дорого. Ну и попадет ей! А кому сейчас легко? Не одной же мне отдуваться… Я с трудом сдерживала улыбку и мысленно потирала ручки. Винсент подошел к перепуганной Аурелии, взял ее за локоть, и они исчезли. Вот пусть на ней и отрывается. Мне меньше достанется, а может, и вовсе пронесет.

***— Винсент, прошу, прости меня, — взмолилась Аурелия, как только мы оказались в гостиной моего дома.

Я стоял, не двигаясь, и молча смотрел на нее. Мне следовало успокоиться, взять эмоции под контроль, чтобы не наговорить обидных фраз. Иначе и самому потом придется извиняться. А это еще больше осложнит мое положение. Возможно, целительница была так же вне себя от злости в момент, когда произносила обидные слова. Однако она не имела на то право. Или Аурелия считала иначе? Если да, то с каких пор и на каком основании? С этим определенно стоило разобраться. Однако позже… Мои мысли вернулись к Эмилии. Снова. Неужели Аурелия не понимает, что к девушке нужен совсем другой подход? Своими угрозами женщина поднимет в ней еще большую волну протеста. И все-таки, что она забыла в “Золотой звезде”?

— Каким образом твоя племянница оказалась в ресторане? — нарушил я затянувшееся молчание, оставив вопрос о прощении на потом. Впрочем, как и с собственическими замашками.