Хорошая адептка — мертвая адептка (СИ)

На нем уже были майка и домашние штаны. Он сразу почуял, что я не сплю. Захлопнув увесистый томик, положил его на тумбочку и присел на край постели. В тот же момент раздалось рычание. Ректор недовольно поморщился и посмотрел куда-то в изножье кровати. Проследив за его взглядом, изумленно воскликнула:

— Обжорка!

Услышав свою вторую кличку, енот поднялся и важной поступью подошел к моей вытянутой руке. Он ластился, забавно курлыкал, однако зачастую поглядывал на Винсента, сидевшего с абсолютно непроницаемым лицом. Похоже, неприязнь между ними так и не исчезла.

— Откуда ты взялся, моя прелесть? — ласково спросила я у Рики, словно он мог ответить.

Обжорка еще раз посмотрел на ректора, для надежности зашипел и завалился набок, а потом перевернулся на спину и подставил мне живот.

— Давно он здесь? — обратилась я к молчаливому Винсенту, пристально наблюдавшему за моим общением с енотом.

— Когда я вернулся, он уже сидел у твоих ног, — не сразу, но он все же ответил.

Невзирая на приглушенный свет в спальне, от моих глаз не укрылись следы усталости на его лице. Я испытала острое чувство вины. Ведь это из-за меня ему пришлось сегодня нелегко. Ректор просил не вмешиваться в это дело, однако я все равно поступила по-своему. В итоге разгромила лабораторию и чуть сама не пострадала. Результат хоть положительный?

— Давно вернулся? — как можно мягче проговорила я и накрыла его руку своей.

Винсент глянул на часы и только тогда вымолвил:

— Не очень. Часа два назад.

— Ничего себе! А сколько сейчас? Ого! Уже девять! Ну я и соня, — протянула я, а затем заметила на одеяле красное пятно от варева и залилась стыдливым румянцем. — Прости, что улеглась вот так. Мне следовало сперва принять душ, но силы к тому моменту совсем иссякли.

— Пустяки, — он сморщился, словно я произнесла глупость, а затем заботливо спросил: — Как себя чувствуешь?

Я потрогала затылок и нащупала там небольшую шишку.

— Голова немного побаливает, но в целом хорошо. Может, я пойду? — нерешительно проговорила я.

— В душ? — уточнил ректор.

— К себе.

— Еще ничего не закончилось. В общежитии небезопасно, — Винсент посуровел лицом.

Мой пульс заметно участился, стало трудно дышать. Неужели вновь кто-то пострадал?

— Откуда такие сведения?

— Аурелия поделилась, — ректор шумно выдохнул и на пару мгновений закрыл глаза. Разговор определенно не заладился.

— Ты с ней все-таки встретился, — заволновалась я. — И как результат?

— Не думаю, что она меня услышала. Я так и не смог переубедить ее ничего пока не рассказывать твоим родителям, — Винсент устало поднялся с кровати и принялся мерить спальню широкими шагами.

— Этого и следовало ожидать.

— Не затягивай с признанием.