Незавидный холостяк

Кто вообще придумал эту идею, что надо непременно рожать, причем не в двадцать – это рано, и не в сорок – это поздно, но и в тридцать первого тоже нельзя… Что за ерунда?

Но Женька не дала мне загрузиться философскими мыслями, заявив:

– Я, может, вообще не хочу детей! И борщей! И…

– Ну и дура. – Я расхохоталась.

– Ну вот ты замужем, помогло?

– Я неправильно замужем… – всхлипнула я.

– Ой, да брось, милые бранятся – только тешатся! Я тебя и вытащила, чтобы ты передохнула и вы оба соскучились! Как он нас с Серегой выгонял тогда в свадебную ночь, помнишь? Очень хотел с тобой остаться вдвоем.

– Да брось!

– Ой, не спорь со старшими! – Она отмахнулась. – Лучше скажи, как мне выкрутиться! Серега, выходит, меня сюда притащил предложение делать! Позовет куда-нибудь в романтичное место… не знаю, на колоннаду Исаакия? Где тут еще романтичные места есть?

– Думаешь, он туда полезет? – с сомнением покосилась я на Сергея, который развалился на диване с мундштуком кальяна в одной руке и бутылкой пива в другой. Перед ним две девицы в обтягивающих лосинах выясняли, кто из них лучше умеет тверкать.

– Ой, кто их, мужиков, знает! Они сначала: никогда не женюсь! А потом с букетом в зубах в окно лезут.

В этот момент Сергей отвлекся от упругих задниц девушек и увидел нас.

– Женюсь! – гаркнул он во всю глотку. Мы в панике переглянулись. Неужели слышал? – Жень! Ну где ты там! Зая! Иди сюда!

– Фух… – Женька прижала ладонь к сердцу. – Так же инфаркт можно поймать, а я уже не молода!

И она радостно поскакала к своему властному миллионеру.

А я, с трудом сфокусировавшись на бутылке текилы, налила себе еще. В ушах звенело, движения были ватные, но веселье ушло. Почему-то захотелось плакать – так стало за себя обидно. Люди, вон, женятся по любви. А у меня черт-те что в личной жизни – даже лучшая подруга не верит.

К дьяволу!

Надо все решить раз и навсегда!

Если бы у меня было побольше опыта, я бы смогла удержаться, но я никогда в жизни не звонила бывшим. Не так уж и много их у меня было, этих бывших. Так что имею право раз в жизни сделать глупость!

Поэтому я выудила свой телефон из кармана и, с трудом попадая по экрану, нашла контакт Кира.

На первый звонок он не ответил, чем мгновенно меня разозлил. Я хлопнула рюмку текилы, закусила пронзительно-кислым лаймом, не вспомнив о том, что полагается слизывать соль, и набрала его еще раз.

И еще. И еще.

На пятый звонок ответил женский голос.

В штопор

Злость во мне вскипела сразу, без разгона.

– Где Кир? – прошипела я в трубку, не размениваясь на реверансы.

– Он занят, – ответила девушка. – В кадре сейчас.

– А ты кто?

– Ассистентка, Лена Суворова, – отчиталась девушка, хотя и не была обязана.