Холостяк. Ищу маму для дочки

– Что ты там пробубнила?

– Что всё это значит? Ваши лбы затащили меня в машину против воли, да это похищение! – фыркнула я, скрестив руки на груди. – Объясните им, что такое манеры!

До чего же он демон невыносимый. Хуже человека я ещё не встречала, правда! Один взгляд на Леманна – и меня будто лихорадит от отвращения, от его скверного характера.

Ханс Леманн сидит величественно в своём автомобиле прямо напротив меня и смотрит на меня с прищуром, как на червяка.

Чуть наклоняется и ухмыляется, продолжая с особым удовольствием меня оскорблять.

– Невоспитанная, неряшливая, безвкусная.

Кривится он и рассматривает меня с видом царя.

– Ты – настоящая ошибка природы.

– Ха! От ошибки слышу! Вы себя, о великий господин, видели со стороны?

Язвлю я с особым снисхождением, чем только сильнее подливаю масла в огонь.

– Что вам от меня надо?! Мы уже всё обсудили.

– Обсудили, верно… – он ещё ближе наклоняется. Меня обдает ароматом его дорогих духов и ураганной харизмы. Пальчики на ногах поджимаются, пульс ускоряется от того, какой он мощный. – Но я по другому вопросу.

Закатываю глаза, затем понимаю, что сижу зажатая между двумя амбалами – его секьюрити.

– Ты не извинилась передо мной.

Повисла пауза.

– Вот ещё, – бурчу я, – я извинюсь только в том случае, если вы извинитесь передо мной за грубые высказывания. Вы считаете уборщица – это не профессия?

– У меня нет времени на разборки с неотёсанной хабалкой, – хмыкает, – либо просишь прощение как следует, либо ты очень сильно пожалеешь.

– Неотёсанная хабалка? – мое голос поднимается на октаву выше. – Ты думаешь, что можешь меня унизить и угрожать? Ты ошибаешься, Ханс. Я не позволю тебе играть со мной в такие игры.

Мои руки сжимаются в кулаки, а глаза сверкают от решимости. Я вижу, как его секьюрити становятся более напряженными, но я не сдамся. Я не преклонюсь перед этим тираном.

– Ханс Леманн, ты считаешь, что мир вращается вокруг тебя, но я тебе скажу одну вещь – твоё высокомерие и желание унижать других лишь отражает твою собственную ничтожность. Я не имею никаких причин извиняться перед тобой. Если кто-то должен просить прощение, то это ты. Закон не оправдывает твоё самовлюблённое поведение.

Мои слова произносятся с ясностью и решимостью. Я не позволю ему сломить меня. Я смотрю на него с гордостью и стойкостью, готовая противостоять всем его угрозам.

– Ах, маленькая бунтарка, значит? – с ехидством прыскает он. – Надо же, впервые вижу нечто подобное! Ты сбила меня с толку, Тая. Ещё никто, никогда не позволял себе в мой адрес то, что позволяешь ты. Ты либо глупая, либо с отклонениями в развитии инстинкта самосохранения.